Деметриус - o 8ca8465214141b9d

помещение. Он выпрямился и постоял, чтобы перевести дух. От старых каменных стен

веяло могильной сыростью. Тусклый свет ламп освещал коридор, который, разветвляясь, напоминал самый настоящий лабиринт.

Вот он и дома. Здесь, под самой крышей вокзала, располагались давно

заброшенные каморки для рабочего персонала. В одной из них Хьюго и жил. Сквозь

закопчённый стеклянный люк солнечный свет сюда едва проникал, даже днём в каморке

было сумрачно. И всё же это была какая никакая, а крыша над головой. В своё время

мальчика привёл сюда его дядюшка, хранитель вокзальных часов. Впрочем, дядюшка

вскоре исчез — но об этом мы расскажем позже.

В наследство от дядюшки Хьюго досталась старая шаткая кровать (под ней мальчик

держал свои рисунки), огромный сундук, взгромождённый посреди комнаты (на нём

Хьюго раскладывал карточные пасьянсы), и круглый столик в углу, где хранились

дядюшкины зарплатные чеки (без его подписи это были просто никчёмные бумажки). Но

главное — Хьюго сам смастерил полки, на которых стройными рядами стояли стеклянные

банки с детальками от разобранных механических игрушек. Вот и представьте, какой

ущерб успел нанести наш герой лавочнику.

Хьюго было двенадцать лет, и у него не было ни папы ни мамы. Денег у него тоже

не было, хотя работал он, как самый настоящий взрослый: вставал ни свет ни заря и вечно

недосыпал.

Зевнув, Хьюго взял деревянное ведро с инструментами, сунул в карман спичечный

коробок и свечи и поплёлся на работу.

После исчезновения дядюшки хранителем часов стал Хьюго. Каждый день он

осматривал все вокзальные часы — от огромных курантов на башне до стандартных

фасадных часов.

Самые сложные были куранты — с огромными круглыми окнами-циферблатами,

которые смотрели на север и на юг. С них Хьюго и начинал обход Чтобы забраться на

башню, он преодолевал по каменной лестнице много ступенек вверх, а потом

вскарабкивался по металлическому трапу к люку, ведущему в инженерную комнату.

Механизм в инженерной комнате был столь огромен, что всякий раз Хьюго

опасался, как бы эта махина не зажевала ему руку. Куранты приводились в движение

двумя гирями, которые ползли по шахте вверх-вниз. Тяжёлая заводная рукоять была едва

под силу взрослому, но Хьюго справлялся и с этим: он медленно крутил её, и гири с

натужным скрипом ползли вверх.

Мальчик сверил время с эталонными часами и закапал в подшипники масло. Потом

замер, прислушиваясь к ходу курантов. В эту минуту он был похож на настройщика

огромного музыкального инструмента.

Покончив с курантами и спустившись вниз, Хьюго проследовал по тёмному

туннелю дальше.

Добравшись до часов напротив билетных касс, Хьюго зажёг свечу и, закрепив её на

вмонтированном в стену подсвечнике, проделал ставшую уже привычной процедуру: завод, смазка, контроль времени.

Для удобства часовщика с внутренней стороны стены имелся небольшой

циферблат, работавший от единого с часами механизма. Хьюго сверил время с

эталонными часами — всё в порядке.

Потом, продвигаясь по лабиринтам, проверил часы напротив каждой из платформ и

занялся комнатными часами.

Когда доходила очередь до инспекторского кабинета, Хьюго замирал от страха. Он

боялся этого человека даже через стенку.

Иногда мальчишеское любопытство брало верх, и Хьюго в который раз разглядывал

комнату через щёлку циферблата.

Вот стол, заваленный деловыми бумагами, в конце комнаты — пустая клетка для

арестованных. Но иногда там можно было увидеть какого-нибудь пьяницу или вора, но

самое ужасное — заплаканного мальчишку.

Хьюго оторвался от щёлки и занялся часами. Выполнив свою работу, он поспешил

прочь.

Часы, что напротив игрушечной лавки, он, как всегда, оставил напоследок. Хьюго