ЛАУРА ТОНЯН - МОНА

Я сдерживаю рыдания, но у меня плохо получается. Уперевшись ладонями в его предплечья, я пытаюсь выскользнуть из его крепкого захвата, но все тщетно.

- Ты же мой друг! - вдруг, сама того не ожидая от себя, прокричала я ему в лицо.

Услышав это, он сам меня отпускает, сделав шаг к назад, к деревьям. Я не хочу дотянуться до него снова, просто мне интересно, что сейчас он сделает или скажет. Мы не замечаем никого вокруг. Словно нет больше ничего важнее драмы, что происходит между нами.

- Нет, - качает головой Герман, и только по губам я понимаю, что он говорит мне. – Нет, я не твой друг. – А потом его крик заполняет мою душу и все пространство между нами: - Я не хотел быть твоим другом. Но ты не замечала меня, была влюблена в этого засранца! – Он просто не знает Эмина, поэтому так говорит. – Я никогда тебя не пойму. Я никогда тебя не пойму!

Набравшись смелости, я подхожу к нему, а Лаванда пятиться только первые несколько секунд, потом бездвижно стоит на месте.

- Как это ты мне не друг? – еле произношу это, сильно сдвинув брови вместе.

Это все так странно. В этом мире, совершенно новом для меня, я обрела Германа, который изменил меня, научил меня быть другой и сделал меня лучше, а теперь он говорит мне, что мы не друзья? Я не знаю, как это могло бы не ввергнуть меня в шок.

Горько усмехнувшись, Герман, будто знает, что я плачу. Он вытирает мои нижние веки, хотя это бесполезно – капли падающие с неба вновь делают их мокрыми. И слезы, конечно, тоже.

- Я тебя полюбил, Лола, - отвечает он спокойно.

Мое сердце останавливается. Я должна за что-то держаться, чтобы не упасть. Почему я не падаю? Почему мне так больно, но я все еще нахожусь в сознании?

- Нет, - отрицательно качая головой, опровергаю его слова. – Не может быть.

- Может, - кивает парень.

Мне показалось, он только сейчас смирился с той участью, что ему выпала. С тем, что я не люблю его, как мужчину. Ему это удалось, а мне? Как быть мне, узнав об этом?! Лучше бы мне никогда не знать.

Мой взгляд ни на секунду не покидает его лица. Я ошеломлена, шокирована и сломлена. Я не должна была никогда этого услышать. Лучше бы так и было.

- Я сделал кое-что нехорошее. И в тот день, когда ты собиралась на свадьбу с Фаворским, позвонил, чтобы признаться о нашей драке с ним до того, как он покинул в офис. – Эмин мне об этом не рассказывал! Что дальше? Герман собирается продолжать меня неприятно удивлять? Но я слушаю его дальше. – Мы пару раз друг друга ударили. Но от моих кулаков толку мало, - он печально улыбается, демонстрируя свои ладони, - а мне он, ты, наверное, не заметила, поставил синяк, - указав пальцем на левый глаз, он опускает руку вниз. Под нижним веком действительно можно увидеть небольшое желто-синее пятно, которое практически обесцветилось. – Но в данном случае я не считаю его виноватым, несмотря на то, что это он вызвал меня в кабинет, и это он просил прекратить наше общение. Виноват я, - рассказывает Герман монотонно, только его брови то взлетают наверх, то опускаются вниз, нахмуриваясь, - потому что, когда твой муж пообещал меня уволить, я воспользовался тем, что, как мне казалось, дорог тебе, и напомнил ему об этом, сказав, что если он это сделает, то никогда тебя не завоюет обратно.

Мои плечи поникли. Вся радость от нашего с Эмином примирения, от удаленного видео, от переезда в его жилище, от того, что мои родители со мной посчитались, улетучилась. В один момент все развалилось, как карточный домик!

- Вот поэтому, - добавляет Герман, - я пришел, чтобы уволиться.

- Ты не должен, - мне хватает сил, чтобы начать протестовать, и я вставляю это, поскольку, и правда, считаю так.

- Нет, я должен, Лолита. Ты не понимаешь, ты просто не понимаешь. Мой отец давит на меня, заставляя жениться на какой-то девчонке его бизнес-партнера, и он отказался меня финансировать, хотя мне это больше и не нужно, потому что я сам его послал! Я больше не студент, - разведя руки в стороны, он отходит на шаг, показывая себя таким, какой он есть – распятым, и не единожды. – Я доживаю в своей съемной квартире последнюю неделю, а потом мне нужно съезжать, и я поеду к своему другу в Питер. Я думал… Какой я дурак, - повернувшись в сторону, парень смеется, качая головой и уперев кулаки в бедра. – Я думал, предложить тебе поехать со мной, но теперь вижу, что у тебя и так все отлично без меня, так что ухожу с дороги и желаю тебе только удачи.

Выходя вперед и снова поправляя рюкзак, я думала, он пройдет мимо меня, а я настолько разбита и подавлена, что не смогу остановить его еще один раз. Но нет, сначала он становится вплотную ко мне, прижимается губами к моему лбу и шепчет в ухо: