ЛАУРА ТОНЯН - МОНА

Но я встаю с постели, уже не заботясь о том, чтобы разбудить Эмина. Надо сказать, я совсем даже и забыла о нем на несколько мгновений, пока эпизоды вчерашнего вечера, испорченной свадьбы незнакомых мне людей всплывают в моей голове. Кадр за кадром. Слайд за слайдом.

Какой кошмар! И сколько счастья для Лизы и моих «подруг»! Вот черт! Поначалу хочу поругать Эмина, взяться за его волосы и спросить, какого хрена он меня не остановил, ведь был там со мной?! А потом… потом я вспоминаю, что он пытался, а я, напившись, оттолкнула его, все выдав, как есть. Все сказав, что думаю. Теперь все испорчено. Вся моя репутация. Господи…Теперь ВСЕ знают, где я работаю. Я хотела, чтобы это было лишь слухом, который перейдет постепенно к родителям, и они вернутся обратно. Я не хотела такого исхода, но сама напортачила. Это целиком и полностью моя вина.

Юлия до сих пор пытается выйти со мной на связь.

- Ло-ли-та? – по слогам произносит она, почти отчаявшись. – Вы меня слышите? – Потом она, кажется, обращается к кому-то рядом с ней: - Похоже, со связью что-то… Может, перезвонить?..

- Не надо! – говорю я резко, повернувшись к Эмину, продолжающему наслаждаться сном.

Нагишом отправляюсь на кухню и, закрыв, за собой дверь, склоняюсь над столом, одну руку уперев в зеркало, пытаясь отдышаться. Тяжело.

Как можно было быть такой дурой?!

Дурой!

- Не надо перезванивать, - уже спокойнее говорю я. – Я все слышала.

Девушка собирается меня перебить, что-то дополнить, но я говорю раньше, чем она успевает полностью сделать вдох:

- Я даже не знаю, что сказать… Это какая-то нелепица… Вы не можете удалить видео?! – мой голос звучит громче, чем я того бы хотела, чем я вообще от себя ожидала.

В трубке первое время не слышно ничего, а потом вновь звонкий голос Юлии прорывается через долгую тишину:

- К сожалению, это не в наших силах. Вам нужно обратиться к первоисточнику. То есть, нужно просить удалить его у того, кто выложил в сеть. – И сразу же следует быстрая речь, которая и сбивает с толку, и ставит точки над i – им не выгодно, чтобы видео было удалено. Но зато, если вы станете с нами сотрудничать, Лолита, у вас будет возможность объясниться перед людьми! Возможно, вы хотели бы что-то опровергнуть? Или, может быть, вы были под воздействием наркотиков, когда говорили вчера вечером о Германе и об… Вы можете так сказать! Про наркотики! – даже не озвучив до конца свою мысль, она перешла к следующей, еще и с таким энтузиазмом.

Я же хмурюсь все сильнее. Меня начинает раздражать эта выскочка. Хотя ладно… Может, она и нормальная, и просто выполняет свою работу, во время которой у нее есть установка, как общаться с потенциальными «звездами» их канала. Но это все равно не оправдывает ее версии про наркотики. Я перебиваю далее последовавший бред из ее уст:

- Стоп! Стоп! Я НЕ СОБИРАЮСЬ давать вам интервью, это ясно? – отвечаю в довольно грубой форме, но это заставляет ее заткнуться. – И мне не нужна ваша помощь, хотя вы мне и так ничем помочь не можете…, - лепечу, взявшись за голову.

Юлия жаждет сказать свое слово, которое, как ей кажется, будет достаточно основательным, чтобы я передумала.

- Вы не правы…

Хлопнув по столу ладонью, уже кричу на нее. Не потому что зла на собеседницу. А потому, что зла на себя за вчерашнее. Зла на того жалкого засранца, который выложил мой позор в Интернет. И мои родители…

- ХВАТИТ! – говорю я громко и строго. – Просто хватит! Всего вам доброго. Я решу вопрос сама.

Бросив трубку, я буквально так же бросаю ее на гранитную поверхность стола, но потом вновь беру его в руки, захожу в телефонную книгу и листаю ее пальцем вниз, пока не останавливаюсь на одном маленьком слове, состоящем из четырех букв. Мама. Вероятно, стоит вовсе выключить мобильный? Ведь кто-то другой из прессы сможет связаться со мной. Боже. Только не это. Только не снова! Я могу заявить со всей серьезностью, что ненавижу журналистов и всех тех, кто работает на них – их персональных операторов, бывающих такими назойливыми и надоедливыми…

Я все пытаюсь решиться набрать номер мамы. Или папы. Нет, лучше мамы. А потом думаю не делать ни того, ни другого. Стоит ли мне предупредить их раньше, чем они наткнутся на это видео, или пока им кто-нибудь его не скинет? А вдруг, уже узнали? Тогда бы позвонили. Тогда бы точно уже позвонили… Значит, еще не узнали. Господи, если я не позвоню, то будет плохо. Но если поговорю об этом с ним, нет никаких гарантий, что будет лучше, что можно будет что-то исправить. Черт! И что делать? Как решать проблему?