Meteleva.Y - - 2

Глава 13

ЗА ДВЕРЯМИ.

В гараже я хватаю свой ID с неограниченным правом доступа для сотрудников, который

мне доставили из офиса Вице–президента. Магнитная карта светится зеленым светом,

предоставляя мне особые права и охранник кивает, находясь в застекленной кабинке,

пропуская меня. Сегодняшний день пролетел и через несколько часов я увижу Беннетта.

Буду окутана его теплыми руками, его мускулистым телом и командным голосом. Мне не

о чем беспокоиться, кроме как о жестком, публичном сексе.

Точччччно!

Лучше сосредоточиться на мысли о предстоящем дне, думаю я, выходя из гаража. По

словам Джона Брук становится лучше. Сейчас я нахожусь в какой–то степени на

правильном пути будучи назначенной пресс–секретарем в Сенате. Если Вице–президент

своим соколиным глазом или ее PR команда просматривают мой календарь, то лучше бы

они впечатлились тем, как я справляюсь со своим распорядком дня, который они помогли

плотно забить. Я быстро просмотрела расписание конференц–встреч с другими

стажерами, как из нашего офиса, так и из других офисов конгрессменов Холма. Выполнив

эти задания, Нора предоставила мне возможность обновить наше расписание встреч, а

затем я встретились с небольшой группой репортеров. Мой первый пресс–брифинг и с

самого начала я была очень неуклюжей, пролив воду из своей бутылки, но я это пережила.

Находясь почти на грани нервного срыва, к тому же я присутствовала на встрече Райан и

Беннетта этим утром, мне нужно было закончить день на позитивной ноте.

Выехав после полудня и на этот раз, я не полагаюсь на навигатор, чтобы найти путь

обратно – ну или хотя бы не весь путь до дома.

– Итак, как прошел твой день? – спрашиваю я, входя в квартиру и рассматриваю вазу с

цветами, стоящую на журнальном столике напротив Брук. Мой взгляд падает на конверт с

ее именем и карточку... скомканную. – Они прекрасны.

– Мой день был довольно продуктивным. А цветы... они красивые, – сообщает она мне

резким тоном.

Она получает кучу цветов. Такое было еще со школы. Я не знаю, могут ли они относится

конкретно к ситуации, которая происходит «здесь и сейчас» или может это очередной жест

ее нынешнего поклонника. Ее уставший вид не подтверждает ни того, ни другого.

– Этот красивый. И в прошлый раз тоже был красивый, – отвечаю я.

– Эти просто красивые. – Она кривится, постукивая ручкой по подбородку, в то время как

ее взгляд обращается на розы. – У меня не было времени заниматься ерундой. Завтра

серьезный экзамен по гражданскому праву.

– Хорошо. Слушай, у меня сегодня вечером встреча, – говорю я, изучая ее, действительно

ли она в порядке или есть какие–то признаки того, что она делает вид. Я могу опознать

невербальные знаки и раскрыть то, что спрятано под видом ее внезапного и кардинального

преображения из тусовщицы Вашингтона в студентку и книжного червя юридического

факультета. Я ищу подсказку, которая даст мне надежду в том, что ее вновь обретенное

желание взяться за работу больше, чем ее реакция на трагедию.

– Который сейчас час? – спрашивает она, закусив кончик ручки, фокусируясь на экране

компьютера.

– Около восьми. Ты хочешь есть? Я собираюсь приготовить ужин.

Она смотрит на меня и на этот раз он не вызывающий.

– Да. Умираю с голода.

– Хорошо, продолжай заниматься, а я сделаю тебе что–нибудь вкусненькое. Курица

марсала [Прим. пер. – Курица Марсала – это куриные грудки под грибным соусом и вином

Марсала] звучит заманчиво?

– С картофельным пюре и чесноком? – Она улыбается мне. – Ну пожааалууууууйста.

– Хорошо, сделаем. – Я улыбаюсь ей в ответ и скидываю туфли. Зайдя в кухню, я снимаю

пиджак и надеваю фартук, который купила, висящий на вешалке за дверью в кладовой.

Собрав продукты, я разворачиваю и ополаскиваю куриные грудки. Их около

полкилограмма. Обваливаю их в зелени, оливковом масле и в небольшом количестве муки,

прежде чем обжарить филе со свежим чесноком, грибами и вином Марсала. Я прохожу

мимо дверного проема и вижу Брук, уткнувшуюся в толстую тетрадь, в этот момент она

перестает читать и начинает стучать по клавиатуре.

На самом деле она, кажется, готовится к занятиям с таким усердием, с каким я никогда не

видела ее. Мы начали учиться в Бостонском колледже вместе, и пока я училась, как

ненормальная, она тусовалась по–страшному.

Когда ужин готов, я сервирую стол и ставлю подогретые тарелки на барную стойку, зовя