Meteleva.Y - - 2

через коридор к себе в спальню. Остается меньше двух часов до того, как я должна быть в

лобби отеля, из которого меня заберет, присланный за мной, автомобиль Бена. Наконец–то

Брук ушла и я смогу придумать, что мне сделать со своими волосами.

Час спустя, я наконец–то одета, мои волосы забраны под гладкий парик, и я еду в такси,

направляющемся в отель Франклина. Я выхожу из такси и двигаюсь ко входу.

– Чем я могу Вам помочь? – спрашивает швейцар.

– Да… Я. – Черт. У него в руках планшет и он терпеливо ждет, когда я смогу все

объяснить. – У меня назначена встреча в лобби.

– Как Вас зовут?

Я сомневаюсь. Беннетт попросил меня использовать вымышленное имя, если кто–нибудь

спросит меня.

– Мисс. Иксесс, – отвечаю, глядя ему в глаза.

– О, да. Ваш номер готов. – Он переводит взгляд на портье, который стоит рядом с ним. –

Проводи Мисс Иксесс на стойку регистрации.

– Благодарю, – бормочу я, смущенная тем, что мне предоставлен номер в этом роскошном

отеле. Я не могу позвонить Бену и спросить его, поэтому я следую вовнутрь. Машина

прибудет за мной через двадцать минут, поэтому у меня есть еще время.

Уже в номере – нет, не так. В НОМЕРЕ ЛЮКС. Даже для такого роскошного отеля, этот

номер люкс чересчур шикарен. Многочисленные произведения искусства украшают

стены. Мне нравится, как сочетаются музейные, и современные скульптурные статуэтки,

которые расставлены тут и там. На столике в ведерке со льдом стоит бутылка

шампанского, рядом с ним единственный хрустальный фужер и красная роза в вазе. Я

нюхаю розу, вдыхая приторно–сладкий аромат.

Я опускаю сумку на пол и наливаю себе бокал шампанского. В одиночестве, потягиваю

напиток и выхожу на террасу, наслаждаясь видом на Вашингтон. Прислонившись к

перилам, я вздрагиваю, когда звонит мой телефон. Вытаскивая его из кармана пиджака, я

замечаю, что это номер Джона, светящийся на экране.

– Эй, привет, – говорю я, перед этим сделав глоток шампанского.

– Выступающий чертовски горяч, мне надо с кем–нибудь трахнуться. Ты свободна сегодня

вечером, чтобы сходить выпить и потанцевать? – нараспев произносит он.

– Ты сегодня работал? – я чувствую укол вины.

– Черт, да. Картер созвал всех, и бл*дь, мне тоже надо будет притворяться стажером,

чтобы добыть информацию на него. Сегодня я сделал несколько серьезных знакомств.

Господи, я хочу отпраздновать.

Я держусь за перила и смотрю на улицу внизу.

– Джон. Будь осторожен. Сплетни очень быстро распространяются. Ты сам мне это

говорил.

– Ну, дорогая, я проверил эти источники. Достаточно того, что я сыт скандальными

подробностями, которыми я поделился с моим редактором.

– И? – Я замираю, ожидая услышать какие грязные подробности он нарыл. Джон – это

журналистский эквивалент собаки «Редбон кунхаунд» в вынюхивании улик... секретов.

– Мне разрешили копаться в грязном белье Капитолия. Даже выделяют деньги на это.

Картер – это альфа–самец Капитолийского Холма и моего редактора это бесит, но сейчас я

собираюсь куда–нибудь. Мне нужен секс. Ты дома?

– Ммм, нет… Я ухожу, – Да, стоя на балконе, это первое, что приходит мне на ум. Если бы

Джон накопал что–либо даже слегка касающееся Беннетта, он бы уже сказал. Не важно,

чтобы не происходило у Джексона Картера, может, он просто изменяет своей любовнице.

Я играючи покручиваю фужер между пальцев и замечаю, что на фужере остался след от

моей красной помады.

– И чем ты сейчас занимаешься? – с издевкой в голосе произносит он.

– Да так, девчачьими делами, – захожу внутрь и открываю косметичку. – Ищу себе что–

нибудь новенькое из одежды. Косметики. Занимаюсь шопингом с Брук. Сейчас мы идем

смотреть новый фильм с Дженифер Лоуренс, – произношу я, и мой взгляд опускается на

открытую газету на столе рядом со мной.

Держа в руке помаду, я хожу вдоль выхода на балкон, молясь, чтобы он не встретил мою

соседку по комнате сегодня вечером и не прихватил меня за задницу за мою откровенную

ложь.

– Ха. Очень похоже на романтическую комедию.

Джон, хоть он и является тем кто «за», чтобы вести образ жизни гея, не любитель

девчачьих фильмов. Пусть он и гей, но он не неженка. Может, он и выглядит агрессивно со

всеми своими татуировками на руках и обычно на его лице небольшая щетина, чтобы

выглядеть немного мрачно, никто, кроме меня не знает, что он очень опрятный малый.