Глубина

- Просто кое-кто им активно помогал, покрывал нечисть! - зло заметил Марат. – Да и осторожно действовали, мерзавцы! Трудно было подкопаться. И всё-таки начало положено, Егор Федорович. Теперь и до остальных доберёмся. Сами выдадут подельников, чтобы «вышку» не получить.

Но ещё больший сюрприз ожидал Гордея в соседней комнате. За длинным столом понуро сидел Рудик. Увидев входящего Гордея, саксофонист опустил хмурый взгляд, только желваки заходили у него на скулах.

- Кому вы поверили?! – на этот раз участковый не мог сдержать переполнявших его эмоций. - Это же рецидивист! Спросите меня за что он только не привлекался! И валютой супчик баловался и спекуляцией промышлял. А ещё в его послужном списке организация левых концертов. На нём же просто клейма ставить негде! Я всегда удивлялся, что с такой биографией он в своём активе имеет всего лишь две судимости, а не пять или шесть.

Чтобы не быть голословным пожилой деревенский милиционер демократично дал слово обвиняемому:

- Верно, говорю, Рудик? – поинтересовался он. - Чего набычился-то и молчишь? Скажешь, Чебутнов на тебя напраслину возводит, оклеветать, опорочить честное незапятнанное имя хочет, старый сукин сын?

- Нет, отчего же… Всё верно, гражданин начальник, - признал музыкант. Но возмущению участкового не было конца:

- Его же на работу никуда брать не хотели после тюрьмы. Лишь я закрыл глаза на его прошлое - за его талант. А он вместо благодарности быстренько спелся с местным отребьем, а когда запахло жаренным решил обобрать своих же дружков до нитки и слинять.

Участковый повернулся к Гордею:

- И сделать это он собирался, между прочим, с вашей помощью! Так что всё, что он вам напел, было ложью с одной единственной целью - использовать вас.

- Трубач просто всё перевернул, изобразив в выгодном для себя свете - добавил Марат. Но именно местному «Ихтиандру» Гордей верил меньше всего. И оказалось, напрасно…

Они вышли обратно на улицу и зашли за угол дома. В глубине двора впритирку к забору, будто нарочно укрытая до поры от чужих глаз, стояла белая жигулёвская «копейка». А в ней на заднем сиденье сидела…Агния. Живая и невредимая!

Глава 55

Неожиданно Гордею было объявлено, что он может ехать дальше. Ещё больше был поражён Рудик, когда ему позволили сесть за руль белой «копейки». Отпуская саксофониста на все четыре стороны, участковый запретил ему когда-либо впредь появляться на своей территории:

- Мне нет больше до тебя дела! Считай твоё счастье. Но ты отвечаешь за этих людей, чтобы доехали нормально – и участковый строго погрозил Рудику пальцем. После чего обратился к студенту:

– Жаль, не успели торжественно вручить вам грамоту… А знаете что, - вдруг осенило участкового инспектора, - приезжайте-ка будущим летом снова! Обещаю, измените мнение о нашем посёлке к лучшему.

Вслед за старшим лейтенантом к Мазаеву подошёл Марат и протянул ему красную книжицу:

- Вот, бери. Мы тебе удостоверение почётного члена нашей спасательной дружины выписали. И значок… Всё как обещал… Ну а теперь давай пять, если не в обиде.

Гордей пожал протянутую руку и сел в машину рядом с Рудиком. Музыкант торопливо завёл двигатель и начал разворачиваться в сторону отворяемых горбуном ворот. Он был словно сжатая пружина. Гордею самому всё ещё не верилось, что их выпускают. На плечо ему легла лёгкая девичья рука. Мазаев обернулся. Каким же родным показалось ему лицо подруги! Он очень осторожно провёл ладонью по её щеке, она улыбнулась в ответ…

Едва «Жигулёнок» выбрался на дорогу, Рудик погнал как сумасшедший. Он вёл машину очень рискованно. На поворотах «жигуль» заносило, визжали стираемые покрышки и запах горелой резины проникал в салон, усиливая чувство, что добром всё это кончиться не может. Тем более что от музыканта пахло спиртным. Он то и дело бросал тревожные взгляды на зеркала заднего вида. Весь богемный налёт и артистичную вальяжность с него сдуло.

«Господи, зачем он так несётся?! - раздражённо подумал Мазаев и сказал:

- По-моему, позади нас никого. Разве нет?

- Они никого не выпускают – пробормотал Рудик. – Никогда! Это против их правил. Понимаешь?

- Не надо так паниковать.

- Мы обрушили на себя лавину! - с запоздалым раскаянием проговорил Рудик. – Разгневали богов…

Гордей удивила разительная перемена в музыканте. А ведь этот человек спас его в опаснейшей ситуации, продырявив гарпуном одного из убийц, а потом остроумно придумал спрятать в милицейском гараже! Казалось, он действительно по-настоящему крут.