Глубина

Глава 54

Молодой человек выбрался из кузова. Михалыч опустил глаза в землю и сокрушённо пробормотал:

- Ты на меня зла не держи, паря…

- Э-эх, Михалыч, Михалыч!... – только и произнёс Гордей в сердцах и махнул рукой. После чего предупредил взявших его в кольцо мужиков:

- Только имейте в виду! Позавчера я попросил соседей, которые уезжали домой, прихватить с собой письмо и опустить его в почтовый ящик, только не в вашем посёлке, а в Симферополе. В том письме для вас бомба!

От нервного напряжения внутри у него всё дрожало, Гордей опасался, что это слишком заметно и блефовал ещё более отчаянно:

- Ого-го, вы ещё не знаете моего батю! Если со мной что-нибудь случиться, он до самого министра МВД Щёлокова дойдёт!

Идея внезапно пришла ему в голову. И неожиданно это сработало! Участковый и Марат переглянулись, после чего оба уставились на Михалыча.

- Да как же... - растерянно взглянув на Гордея, пробормотал старик, и вдруг встрепенулся: - Верно, при мне дело было! Своими глазами видел, как та парочка конверт у него брала.

Участковый с Маратом отошли в сторону и принялись совещаться. С ними был ещё один - солидного вида мужик при галстуке и в директорской шляпе. До этого он держался немного в сторонке, будто оказался тут случайно. Гордею показалось, что он видел «шляпу» прежде. Кажется, именно он сидел за рулём оранжевого «Мерседеса».

«Неужели сам председатель совхоза пожаловал - полюбоваться, как меня «мочить» станут?!» - удивился Мазаев.

Между тем, троица заспорила и даже будто начала ругаться. Правда, до ушей Гордея долетело всего несколько финальных реплик - из-за взвинченного тона, каким они были произнесены:

- Решать буду я! – громко отчеканил милиционер. - Чебутнова народ знает…

- Вы забываетесь! - возмутился человек, похожий на председателя. – Без моих связей в обкоме всем вам три копейки цена.

Но рыхлый лишь с виду увалень в погонах тут же заткнул штатскому рот:

- Цыц, поганец! Сказал же: на своём участке я не допущу! И точка!

Милиционер ещё что-то добавил про партбилет, но Гордей не разобрал его слов. Вскоре они вернулись. Участковый Чебутнов снял с головы фуражку и достал платок, чтобы вытереть пот со лба. Перед Гордеем снова был старый, уставший служака, без пяти минут пенсионер.

- Напрасно вы так, юноша, – с сожалением заговорил милиционер, – толком ни в чём не разобрались, а делаете поспешные выводы… Хотя не спорю: в том, что у нас тут твориться, и профессионалу не просто разобраться.

- А я ему, Егор Федорович, пытался это втолковать, - вспомнил их последний разговор главный здешний спасатель. – Для его же пользы, между прочим. Предупреждал ведь, чтобы не лез на рожон?

- Предупреждал, - согласился Гордей.

- Только ты, студент, меня не послушал и занялся частным расследованием – упрекнул его Марат. - Скажи спасибо, что эти сволочи тебя не утопили.

- А ты, Михалыч, поезжай, - ласково бросил в сторону старика участковый.

- Не понимают люди, с кем связываются… и жаловаться некому, - торопливо семеня к машине, бормотал себе под нос пенсионер. - Пойди разберись, кто тут кто, и за кого воюет. Сдуру влезут невесть во что, и тебя за компанию тащат…

Звук автомобильного двигателя постепенно затихал вдали. Теперь Мазаев остался в полном одиночестве. Гордей вглядывался в Марата. Мысленным взором он снова видел вертикально зависшего в зеленоватой толще подводного пловца, внимательно наблюдающего за тем, как его подручный расправляется со свидетелем. Из-за расстояния и разъедающий глаза морской соли нельзя было разглядеть его лицо за стеклянным овалом маски. Но сейчас на лице героя-спасателя не было заметно даже намёка на волнение или злость за погибшего товарища. «Ты ошибся, приятель - всем своим видом будто говорил ему Марат. – А ведь мы уже выписали на твоё имя удостоверение почётного члена нашей дружины! Эх ты!…».

Гордею предложили пройти в дом. Причём вежливо, без какого-либо принуждения. Снова, как и в предыдущее его посещение, вёл их горбун. Они вошли в комнату, под которой должен был находиться погреб. Один из парней поднял тяжёлую крышку. Под ногами в сумраке ямы что-то зашевелилось, сверкнули поднятые к свету испуганные глаза.

- Эти двое называли себя «спасателями» - с презрением указал вниз Марат, и неожиданно сообщил: - Один из них пытался тебя вчера убить.

- Ничего, кончилось их чёрное время! Завтра же отвезу поганцев в район, - пообещал участковый. Правда, особой гордости или торжества в словах милиционера не чувствовалось. - К сожалению, я долго ничего не мог им предъявить… Наверное, пора мне на пенсию.