Голодный океан

Преображение тонкого и ранимого интеллектуала в опалённого войной солдата поражало, не меньше, чем упоминание об отце. Игорь молчал. Сделавшись отрешённым, старый эмигрант произнёс в пространство:

- А в Россию лучше возвращаться всё же летом, ибо зимой очень трудно рыть могилу – земля как каменная…

Разговор мог получить самое неожиданное продолжение, если бы не внезапное появление Фрэнка Руби. Факультетского декана сопровождали двое сотрудников службы безопасности университетского городка.

Увидев своего преподавателя, Фрэнк оторопел:

- А мне сообщили, что какой-то развязанный тип устроил драку в пятидесяти шагах от факультетского корпуса? – промямлил он, переводя вопросительный взгляд с Исмаилова на его жертву и обратно. Руби предложил пройти к нему в кабинет для выяснения дела. Однако старый эмигрант отказался, заявив, что у него нет претензий к Исмаилову, и что здесь, видимо, какое-то недоразумение.

Из окна офиса декана открывался отличный вид на автомобильную парковку. Там старик в сером костюме при галстуке-бабочке разговаривал с какими-то людьми. Его собеседники сидели в автомобиле кораллового цвета. Кажется, это был додж Wayfarer. Старый эмигрант стоял перед машиной чуть ли не навытяжку и что-то говорил, иногда униженно склоняясь к окну автомобиля.

***

Директору Центральной разведывательной группы

От начальника отдела « Z »

Аналитическая записка

В последнее время отмечается резкое усиление активности советской разведки на Западном побережье США, особенно в оперативном районе «Подкова» в связи с проведением нами операций «Сломанная стрела», «Купол» и «Пилигрим».

При этом по нашей информации, русские находятся в стадии серьёзной реорганизации своих разведывательных служб. Часто это приводит к неразберихе и острой взаимной конкуренции между недавно образованным Главным разведывательным управлением (ГРУ) Генштаба Советской армии (которому также переданы функции политической разведки) и внешней разведкой Министерства госбезопасности.

Есть также данные, что бывший руководитель Наркомата внутренних дел (НКВД), составной частью которого являлась внешняя разведка, - Лаврентий Берия находится в состоянии скрытой войны с новым руководителем Министерства госбезопасности (МГБ) Абакумовым.

Пока действия ГРУ в целом выглядят недостаточно профессиональными и тяжеловесными. Отмечены факты, когда военные разведчики не согласовывают свои действия с коллегами из внешней разведки или же прямо саботируют «штатских», начиная самостоятельную игру на чужом поле. Например, проводят повторную вербовку агентов или прощупывают потенциальных помощников из граждан США, даже если те уже находятся в разработке у «соседей».

От недавно перебежавшего к нам сотрудника одного из советских диппредставительств в нашей стране получена информация о том, что недавняя реорганизации крайне негативно повлияла (а в некоторых случаях практически парализовала) деятельность советских резидентов, работающих под дипломатическим прикрытием посольств и консульств СССР в нашей стране. По его словам: « Реорганизация привела к большой путанице и неразберихе. Профессиональные разведчики идут на самые невероятные уловки, чтобы сохранить налаженную резидентуру от нашествия вчерашних «охотников за языками» (многие из которых являются выходцами из фронтовых СМЕРШев), которые имеют о внешней разведке и ее методах лишь приблизительное, дилетантское представление ».

С такой оценкой можно согласиться, ибо по нашим наблюдениям, пока сам стиль работы русских военных разведчиков из ГРУ оказывается не столь эффективным как в условиях реальной войны и линии фронта. Часто их действия отличаются «солдатской» прямолинейностью и грубостью.

Это можно объяснить тем, что в ГРУ, как в подразделении созданном на армейских началах, всё подчиняется строгим нормативам и требованиям субординации. Когда начальник дает указание, а подчиненный выполняет его без рассуждений, не говоря уже о возражениях. Самостоятельность и творческий поиск не поощряются, а скорее напротив - становятся поводом для взысканий и оргвыводов.

При этом надо отметить, что направление на работу в капиталистическую страну, тем более в очень богатые по меркам советских граждан Соединённые Штаты, многими офицерами ГРУ рассматривается как большое поощрение, и страх быть отправленным назад за допущенную ошибку в работе сковывает их инициативу.