REAL_AL - Глава 1

пережевывая свой ужин, ни на секунду не сводя с девушки своих пристальных взглядов, словно

ожидая, что она вот-вот начнет жонглировать или споёт и спляшет.

Её последняя мысль перед тем, как провалиться в сон была о том, что кто-то приходил их

покормить, и должен был обнаружить пропажу единственного заключённого. В этом случае у неё

были крупные неприятности, хотя неизвестно, как неприятности могут быть еще крупнее тех, что

уже есть. А может и не такие крупные, как поглядеть, поскольку, когда она вновь проснулась –

спустя час или около того – некто заботливо укутал её одеялом. Что происходит?

Она выяснила это, когда на пороге объявился Престон с завтраком на подносе – яйца с беконом, который был немного приправлен пролившимся кофе во время длительного спуска по каменной

лестнице.

– Его милость велел передать это с его извинениями и добрыми пожеланиями, – пояснил, улыбаясь Престон, – а от себя добавлю, что если желаешь, то он смог бы устроить для тебя горячую

ванну в черно-белой гостиной. А когда ты закончишь, Барон… который новый, хотел бы увидеть

тебя в своем кабинете.

Мысль о принятии ванны была восхитительна, однако Тиффани знала, что на неё нет времени, да

и кроме того, даже самое простенькое купание означало, что каким-то бедным горничным пришлось

бы таскать тяжелые ведра с водой четыре-пять лестничных пролётов. С нее будет достаточно просто

ополоснуться из таза, когда представится возможность38. А вот к яйцам и бекону она точно готова.

Сметя начисто содержимое тарелки, она мысленно отметила, что если это будет «неплохой день для

Тиффани», то, так и быть, она станет и дальше помогать.

Ведьмам нравится получать благодарность, пока она ещё «теплая». Спустя день или два люди

становятся забывчивыми. Престон наблюдал за происходящим с выражением мальчишки, который на

завтрак ел соленую овсянку, и едва она закончила, осторожно спросил:

– Ну что, пойдешь проведать Барона?

«Он за меня беспокоится», – смекнула Тиффани.

– Сперва я бы хотела пойти проведать старого Барона, – ответила она.

– Он все такой же мертвый, – предположил Престон, выглядевший встревоженным.

– Что ж, хоть что-то обнадеживающее, – сказала Тиффани. – Представь себе переполох, если бы

108

109

было наоборот. – Она улыбнулась, увидев его замешательство. – Завтра его похороны, поэтому, Престон, мне нужно навестить его сегодня. Прямо сейчас. Хорошо? Сейчас же. Он важнее сына.

По пути в крипту в сопровождении Престона, который едва не бежал, чтобы поспевать за нею и с

грохотом скатился вниз по ступенькам, Тиффани спиной чувствовала многочисленные провожавшие

её взгляды. Ей было даже жаль парня – он был всегда мил с нею и очень обходителен, но её вовсе не

хотелось, чтобы окружающим взбрела хоть одна мысль о том, что её « ведут » под стражей. И так

довольно всего. Те взгляды, что на неё бросали окружающие были скорее боязливыми, чем

неприязненными, и она не имела ни малейшего понятия – к добру это или совсем наоборот.

Внизу лестницы она остановилась перевести дух. Тут пахло как в обычной крипте – прохладой со

слабым намеком на запах картошки. Она слегка улыбнулась себе улыбкой победителя. Вот он Барон

– мирно лежит себе в точности так, каким она его оставила, сложив руки на груди, и кажется, словно

он просто спит.

– Они считают, что я тут занимаюсь колдовством, не так ли, Престон?

– Да, были кое-какие слухи, мисс.

– Что ж, так и есть. Твоя бабуля, верно, научила тебя ухаживать за умершими? Так что тебе

должно быть известно, что мертвым не пристало надолго задерживаться в мире живых. Погода

сейчас теплая, а лето было жарким, поэтому камни, которые должны быть ледяными как в могиле

вовсе не такие уж холодные. Поэтому, Престон, пожалуйста, отправляйся-ка и принеси мне два ведра

воды. – Он умчался прочь, а она тихо присела подле каменной плиты.

Соль, земля и пара медяков для перевозчика, вот и всё, что мы даем мертвым, и остается только

сидеть и прислушиваться, словно мать у колыбели новорожденного…

Престон быстро вернулся с двумя – и что было отрадно осознавать почти полными – ведрами. Он

быстро поставил их на пол и развернулся, собираясь уйти.

– Нет, Престон, останься, – приказала она. – Мне хочется, чтобы ты посмотрел, что я буду делать.

И если тебя кто-нибудь спросит, ты сможешь открыть правду.

Юный стражник молча кивнул. Она была впечатлена. Тиффани поставила одно ведро рядом с