Religions World - D.E.Harding

ХРИСТИАНСКИЙ МИСТИЦИЗМ

Христианство явно не мистическая религия. Согласно терминологии главы 2, это путь Действий (или Кармы), и путь Преданности (или Бхакти), и никак не путь Знаний (Джняны, или Гнозиса). Последний путь остается более или менее уделом Востока. И существует также дальнейшее разделение: в целом, католические латинские народы Южной Европы и Южной Америки предпочитают путь Преданности, а протестантские нордические народы Северной Европы и Северной Америки предпочитают путь Действий. Безусловно, подобная духовная география - весьма приблизительный показатель; и в любом случае никто не может очень далеко продвинуться по одному из путей, не начав идти по двум другим.

И на самом деле, и здесь на Западе существует великая мистическая традиция, длинная череда истинно пробужденных христианских учителей, чье просветление точно такое же, какое оно было во все времена и во всех религиях. Только, безусловно, его описание всегда было как можно более "христианским", сформулированным на библейском языке. Это было неизбежно и предусмотрительно. В средневековом христианском мире (почти так же, как в еврейской традиции времен Христа) мистик, прямо заявлявший о своей тождественности Богу, напрашивался на отлучение от церкви, или еще что похуже. Он должен был оправдывать, смягчать и затаивать свой опыт, и стараться не нарваться на неприятности, храня свою правоту внутри. Это было помехой.

Первым христианским мистиком был сам Иисус Христос. Царство Божие внутри нас, учил он: "...Если око твое будет чисто, то все тело твое будет светло". Или, как бы это выразил последователь дзэн: "Если вы посмотрите вовнутрь, то найдете свое Истинное, или Изначальное, Лицо, в котором ваши два глаза, ваша голова и все ваше тело сольются с абсолютной Ясностью и исчезнут. Постоянно это видеть - значит быть просветленным". Существует множество изречений, приписываемых Христу в ранней христианской и гностической литературе, в которых он говорит о людях Света - людях, которые заметили, что они не непрозрачные и плотные, что их тела - Пустота.

А все остальные из нас похожи на убеленные гробницы, полные плоти и костей мертвецов - или, скорее, мы считаем их такими, не замечая, что склеп пуст и труп исчез.

По мере того как религия Христа становилась огромным массовым движением, мистический элемент в его учении неизбежно упускался из виду. И редкого мистика неизбежно ждали неприятности. Любой, кто заявляет, что может обойтись без Церкви и ее таинств, что он может общаться с Богом напрямую, угрожает авторитету и даже самому существованию этого учреждения.

Удивительно не то, что христианских мистиков часто преследовали, отлучали от церкви и иногда убивали: но то, что им вообще позволили дать о себе знать. Потому что те изречения, что лежат под поверхностью тончайшего библейского налета, могли бы принадлежать любому восточному мудрецу. Нет никакой существенной разницы. Хватит одного примера. Св. Иоанн Рейсбрук (1293-1381) говорит следующее:

"Понять Бога, поднявшись над множеством ему подобных, так, как Он есть Сам в Себе, - значит быть Богом вместе с Богом, без посредников и без чего-либо другого, что может стать помехой или посредником".

"Тот, кто хочет это понять, должен умереть для самого себя, и должен жить в Боге, и должен обратить свой взор к вечному свету в своей душе, где Утаенная Истина проявляет сама себя".

"В этом Свете человек становится видящим; и этот Божественный Свет дается простому взору души, где дух принимает то сияние, что есть Сам Господь, превыше всех даров и любого вида деятельности, в бездействующей Пустоте, в которой душа потеряла себя в плодоносящей любви, и где она получает напрямую сияние Господа, и она без промедления преображается в то сияние, которое получает. Смотри, это загадочное сияние, при котором человек видит все, что может пожелать согласно пустоте его духа; это сияние так велико, что любящий созерцатель, там, где он находится, не видит и не слышит ничего, кроме непостижимого Света; и посредством этой простой Наготы, которая охватывает все, он обнаруживает, что является - и ощущает себя - этим самым Светом, благодаря которому видит, и ничем другим".

ТРУДНОСТИ ХРИСТИАНСКОГО МИСТИКА

Достигнув своей цели, истинно пробужденный, на самом деле, уже вовсе не христианин в привычном смысле этого слова. Он оторвался от своей родной традиции и стал универсальным, вне любых различий. Но на пути к этому он сталкивался с множеством трудностей. Нелегкое это дело - примирить это прямое видение с унаследованной им верой. Его осознание Единого, его растущее отождествление с Единым, его ясное видение Его в виде внутреннего Света или Пустоты, его свобода от всех желаний и эмоций и даже от любви к Богу или человеку, его неспособность медитировать положенным образом (например, визуализировать страсти Господни), или молиться, или взращивать благие мысли, или вообще думать - эти явные признаки его просветления должны были сначала показаться ему серьезными духовными изъянами. Для его духовных наставников они могли даже показаться греховными. И ему несказанно повезет, он будет почти уникален, если сможет, после долгой и трудной борьбы с самим собой, следовать тому, что он видит, вместо того, что ему говорят.