Дмитрий - i 17e68e958d518b85

— Не будем падать духом, — сказал стоящий рядом Алексей, поморщившись от нескольких жадных глотков водки. — Может быть, все не так плохо еще? Откроют как­нибудь двери, ну или сами откроются, на автомате.

— Да, какая разница, — Саша равнодушно махнул рукой. — Если по Москве ударили, то добром это уже не закончится. Это ж столица, понимаешь? Немцы вон за четыре года до Москвы не добрались, а тут... Раз, два, и все. Технологии, мать их. Так что наверху сейчас такой трындец творится, что даже представить себе трудно. Давайте не будем об этом вообще думать, а? Ну что толку?

— Ну да, — с каким­то безразличием ответил Леша. — Лучше выпьем! — И он снова запрокинул голову, приложившись к бутылке. — Поживем, увидим, как оно все сложится... — выдохнул он, скривившись.

И тут внезапно зажглись лампочки под потолком.

Сначала они едва заметно тлели тусклым ржавым светом, но потом, по мере того как раскручивался где­то невидимый генератор, свет становился все ярче и ярче, и вот уже лампы горели как всегда, привычно освещая комнату. Мерно загудела вентиляционная система, и вроде как стало полегче дышать.

— Ура! — заорал во весь голос Саша, вскочив со своего места и подняв к потолку бутылку вискаря. — Свет! Свет!

Все громко загалдели. На лицах придавленных несчастьем людей теперь явственно читалась искренняя радость. А в глазах затеплилась надежда.

Свет. Он вселял оптимизм. Если снова заработала машина, значит, не все так плохо? Оживший где­то генератор зажег не только лампочки под потолком — он заронил в душу закрытых под землей людей надежду на спасение. Может, это вообще все какая­то учебная тревога, пришла в голову совсем уже какая­то пьяная мысль? Саша не знал, что больше говорит в нем сейчас — здравый смысл или алкоголь, но ему было все равно — он смотрел по сторонам, и курилка репетиционной базы, находившаяся глубоко под землей и никогда не видевшая лучей дневного света, теперь выглядела совершенно по­будничному. Словно ничего не случилось. Просто в разгар рабочего дня все репетировавшие музыканты разом вышли из своих комнат покурить.

Саша, качнувшись на ногах, громко, веселым голосом сказал:

— Ну что, наша последняя вечеринка в самом разгаре. Выпьем же за свет, разгоняющий тьму! Ура!

Несколько голосов, слившихся в радостном, возбужденном крике, поддержали Сашин тост.

Собравшийся народ продолжал угощаться, голоса становились все громче, и уже буквально через полчаса все происходящее полностью напоминало одну из обычных шумных вечеринок, случавшихся на базе время от времени.

Как только зажегся свет, ребята и девчонки, уже изрядно нагрузившиеся алкоголем, впали в какое­то безумное веселье. Те, кто раньше сидел на полу, вскочили на ноги, кто­то уже пританцовывал, поэтому мгновенно родившаяся в голове у Саши идея была встречена очередным дружным взрывом голосов.

— Настала пора перейти к музыкальной части нашего мероприятия! Приглашаю всех на концерт! Гулять так гулять, мало ли, вдруг в последний раз! — Саша уже основательно набрался, и теперь его было не остановить.

— Чей концерт­то? — в шутку спросил кто­то.

— Да наплевать чей. Всех сразу! — ответил Саша заплетающимся языком и подошел к Лене.

Леня, с раскрасневшимся лицом о чем­то воодушевленно говорил со своим напарником, Алексеем, до этого молча и безучастно сидевшим со всеми остальными.

— Ну че, давай вынесем в цех аппаратуру, порубимся там, а? — Саша, улыбаясь, смотрел Лене прямо в глаза.

— Давай, — с легкостью согласился тот. — Можете из восьмой комнаты взять все, что надо, она ближе всего к выходу.

Саша показал поднятый вверх большой палец Паше с Максом и заговорщицки подмигнул, а затем махнул на дверь восьмой комнаты.

— Выносим аппарат в цех! — И Саша нырнул в дверной проем.

Он схватил бас­бочку и твердым шагом пошел в сторону цеха.

Цехом называлось огромное, с высоким потолком помещение, находившееся в нескольких десятках метров по коридору от базы, в сторону подвала соседнего корпуса. Раньше, еще в советские времена, в нем тестировались какие­то детали военных самолетов, потом оно просто пустовало, захламленное кучей станков и брошенной аппаратуры. Затем какой­то незадачливый бизнесмен собирался делать в нем клуб, да что­то, видимо, не заладилось — рабочие только успели сломать несколько стен. Когда же грянул кризис, бизнесмен сел в тюрьму, а проект заглох. Так и стояло огромное пустое помещение без дела, грязное и покрытое пылью. Ну ничего, сегодня они реализуют задумку неизвестного дельца­неудачника, пусть и на один день — сегодня там будет греметь музыка и будут тусоваться люди — ну чем не клуб?