Vova - 3

леючи, не стали их рано будить. Естественно, полностью отме

нена была трудовая повинность… Наскоро перекусив, парочка

отправилась осматривать достопримечательности города, начав со

знаменитой горы Вышки, которая красовалась, буквально, перед но

сом, — метрах в пятистах.

жик», однако, повёл подружку не с «официальной» стороны «пика Ком

«Ё

мунизма», с лестницей, ведущей вверх, на Диораму, — а с западной сто

роны угора, где вилась тропинка по крутому зелёному склону.

Поднимаясь всё выше и выше, «альпинисты», надрывно дыша, не переста

вали, тем не менее, сыпать шуточками и задорно смеяться, ибо души их

переполняли чувства гордости друг за друга; радости совместного, весь

ма необычного, времяпровождения; чувства Свободы, Молодости и Лю

бви!.. Мы покоряли не просто, некую, тривиальную Вышку, — мы поко

ряли саму Жизнь во всей её полноте, непредсказуемости и красочности!

Забравшись метров эдак на пятьдесят, «друзья» уселись на травянистый

344

взгорок, жадно осматривая, с высоты птичьего полёта, открывшийся

незабываемый пейзаж окрестностей… Под пышущим солнцем, впереди

синела красавица, блин, Кама с ужасным «Молохом» вдоль берега — за

водом им. Ленина; тогда как рядом с ним, тарахтела, по ж.д. путям, крохотная такая, змеюка пригородная электричка… Направо, в зной

ном мареве, виднелись игрушечные мосты через реку и здания центра

Перми. А совсем внизу, — перекрёстно тянулись улицы мотовилихин

ского гетто, с покосившимися избами развалюхами.

— Как тут у вас здорово! — восхитилась, улыбающаяся Лара. — Краси

во! А Кама то какая широкая!

— Редкая птица долетит до середины её… — театрально прикололся

«фрэнд». — Кстати, здесь, на угорах в это время, полно земляники!.. Да

вот же она! — сорвал «букетик» с ягодами. — На, — ешь витамины!

— Ой, прелесть… — и котик, нахваливая, захавал продукт.

Наконец, поднялись к комплексу Диорамы с Вечным огнем, зажженным в

честь рабочих завода, павших в боях с гнусным самодержавием. Постояли

у монумента, низко склонив буйны головы и думая о Высоком… После

чего, на Вышке и делать то вроде, больше нечего было, — Диорама не

работала. По лестнице, спустились к пруду.

Отдыхающих, на засранном, естественно, городском водоёме, собралось

порядочно. Обнажив телеса, животные загорали, — нежились, так сказать, под солнышком. Другие же, фыркая, как бегемоты, резвились себе в мут

ной воде.

— Че, искупнёмся? А то жара, как в Зимбабве! — «ёжик» хотел уже

было, снимать рубашку.

— Ты же знаешь, что стесняюсь своих форм… — стыдливо пробор

мотала «звёздочка».

— Да кто на корову глядеть то станет, ха ха ха! — «золотце» был безжа

лостен. — Хотя, в такой помойке, не дай Бог, еще че нибудь подхватишь…

Ладно, поехали в твой долбаный музей! Мамонта, б дь, смотреть!

— Хотели ведь, еще на барахолку за шмотками…

— Успеем! Если в музеуме долго париться не будем!.. Слушай, а может, еще и в зоопарк заскочим? На мартышек поглазеть, а? Он тут же, прямо

по соседству с мастодонтом и, кстати, художественной галереей, нахо

дится!.. Вонючий обезьянник, а рядом, — храм, блин, изобразительного

искусства! Как, всё ж таки, сие характерно для «венца Вселенной»!

...Взоосаде, куда вначале направили стопы, долго тёрлись у вольера с пле

шивым, печальноглазым верблюдом; у бассейна — с измученными

345

зноем, белыми медведями; в террариуме — с полудохлым аллигатором.

На бедных четверолапых зэков, было больно смотреть… И за что, их так

истязают двуногие воспоследователи?.. А когда добрели до выщипанных

орланов и беркутов, «фрэнд», вообще, чуть не прослезился… Котик же, напротив, по идиотски, весело смеялся и пытался кормить, унылых

«каторжан», прямо с рук.

Особенно же Ларик разошелся, когда увидел своих непосредственных

краснозадых сородичей, с их ужимками, поиском блох и беспорядочным

кувырканьем.

— Ха ха ха! Только посмотри, какие милые! Ну, совсем, как мы!

— Может, точнее, мы — как они?.. Хотя нет, не сказал бы… Именно

труд, к несчастью, довёл обезьяну до человека!

— Ах, да перестань ты, со своей философией, а! Неужели нельзя, про

сто жить и радоваться!

— Радоваться чему, свет мой? Собственному невежеству и порокам?!

— Неисправимый дурачок! Че осуждать то без конца!.. Ошибка, блин, Природы! Будь с ней заодно, и люди к солнышку потянутся! Всё ведь, очень просто, милый.