Vova - 3

огонь их упорных, горячих сердец! До свидания, товарищи!

Загорелась табличка: «Сеанс окончен», и все, кто был в студии, вздохнули

с облегчением, задвигались, разминая затёкшие члены. Зав. Отделом

культуры Иванова, находившаяся здесь же, неподалёку от измученных

артистов, вышла вперёд, с Марианной Абрамовной, и рассыпалась в бла

годарностях.

— Великолепно, сногсшибательно выступили! Молодцы!

— А как думаете, Татьяна Николаевна, звание «Народный» получим?

— Звание, по условиям конкурса, присуждается не менее, чем трём

коллективам. А у «Прикамских узоров», помимо высокой подготовки, имеется аж оркестровая группа! Поэтому, весьма вероятно, что «Народ

ный», практически, у ансамбля в кармане!.. В смысле, победного первого

276

места, конкуренцию могут составить, лишь Березники да Чайковский.

Они, кстати, уже выступили. Так себе. Серенько…

— А когда нас по телевизору покажут?

— 12 го мая, в семь часов вечера! Не пропустите! Еще обязательно, будет заметка об «Узорах» в «Чернушенском пути»!

— Ух, ты! Видать, мы, ваще, знаменитыми станем!

— А как думали!.. Ну, ладно, давайте собираться домой, — как говорит

ся, на родную землю… Но прежде, чем отправимся, заедем перекусить в

кафе, где вчера ужинали. И, кстати, завезём, в музыкальное училище, одолженный контрабас. Не знаю, что бы без него делали! Ах, Господи!..

братная путь

...О

дорога прошла обычным порядком (пьянка, песни), и без

особых происшествий.

По прибытии в горе городишко, когда концертный инвентарь был раз

гружен, а артисты разъехались по домам, — ко мне опять «подъехал», нагло ухмыляясь, Любимов. Уже, как «делегат» от оппозиции в нашем

оркестровом ансамбле.

— Ну, дак как? Поговоришь с зав. Отделом, насчет премирования?

— А а, — ты всё о своей распроклятой пятёрке…

— А хотя бы! Сделали ведь, главный концерт, черт возьми!

— Нет, Любимов! Не буду унижаться ни перед вами, пьяницами, ни

перед Татьяной Николаевной! Самодеятельность на то и самодеятель

ность, что не предполагает материального стимула!.. Чай с тортиком —

пожайлуста! А деньги нет! — бескомпромиссно отчеканил, неприступ

ный «герой».

— Ну, смотри! Пожалеешь еще… — мстительно выдавил вымогатель. —

Тогда Ощепков, Валентин и я отказываемся лабать в ансамбле! Свой, на

фиг, создадим с Николаичем! С положенной зарплатой!.. Вот увидишь, —

все остальные ребята к нам перейдут, кроме Ларочки влюблённой, есте

ственно!

— В добрый путь!.. А руководитель ваш, бывший, складывает с себя

полномочия!.. Эх, и шкурная ты душонка, Любимов! К тому же, завистник

без бабы… Так бы и врезал в рожу, да ведь жаловаться побежишь! Короче, катись колбасой отсюда! И лучше, на глаза не показывайся…

277

15

И так, после важнейшего, кульминационного телевыступления, ансамбль народных инструментов, возглавляемый талантливым

«ёжиком», — просуществовав чуть более полугода, и, можно ска

зать, на самом пике славы, — бездарно таки развалился... Навроде погиб

шей, накануне, на трассе «Чернушка — Пермь», злополучной балалайки

контрабас. Развалился естественнейшим образом, по объективным зо

ологическим причинам, ибо, как в Библии сказано: «Всему своё вре

мя…», — время рождаться и умирать, время собирать и разбрасывать

камни… Оркестровая группа «Прикамских узоров», была организована

для определенной функции или миссии, и когда их успешно и полностью, так сказать, реализовала, то скромно «сошла со сцены», а проще — исчер

пала себя.

Конечно, козёл Любимов сделал своё черное дело, поспособствовав, лич

ным меркантилизмом, распаду коллектива. Но главная причина, разуме

ется, таилась не в этом… Музыканты мои и, понятно, сам руководитель, грубо говоря, присытились игрой и общением; более того, — бесконеч

но устали от однообразных репетиций с концертами, ведущих, по сути, в никуда. Если бы даже, появился пятирублёвый (но не выше) стимул, чего так страстно добивался мятежный «правдолюб», — ситуация, быть

может, и направилась бы, но не надолго. Ибо участники ансамбля были, вроде как, профессионалами в музыке, а не поющими в хоре, дилетан

тами Девятковой, для которых «приобщение к искусству» представляло

собой, нечто новое и необычное.

Кроме того, у всех оркестрантов имелась основная работа, связанная у

большинства, опять же, с музыкой. Да и, действительно, как честно при