Наталья - Соммерфильд Сильвия

Глаза Энн потеплели, и губы дрогнули в улыбке: — Мне

ли не распознать чувство, которое владеет и мной? Мне

292

ли не заметить ее любовь, Эндрю, если я сама

переполнена этим чувством?

Крейтон до глубины души был потрясен ее кротким и

тихим признанием; он вновь обнял девушку.

—

Никогда не думал, что смогу полюбить

женщину так, как люблю тебя, Энн. И при этом

чувствовать себя столь беспомощным и бессильным.

—

Есть люди, так и не испытавшие того чувства,

которое владеет нами, и я хочу пронести его с собой

через всю жизнь. Я смогу достойно, лицом к лицу,

встретить завтрашний день, если эту ночь ты подаришь

мне; воспоминание о ней будет мне щитом от грядущих

бед и невзгод.

—

Энн!..

—

Если мне суждено достаться другому человеку,

пойти с ним под венец, дай мне хотя бы это! Я не хочу,

чтобы он оказался первым моим мужчиной. Подари мне

сегодняшнюю ночь, Эндрю, чтобы мне было что

вспоминать в черные дни моей жизни... Когда судьба

разведет нас.

—

Господи! — простонал он. — Энн, ты

понимаешь, на что ты обрекаешь себя?

—

Все равно, ничего страшнее, чем потерять тебя,

на свете нет.

—

Если я смогу бежать, найду способ выбраться на

волю, то может быть, сумею обернуться меньше чем за

месяц...

—

Что от этого изменится? Король по-прежнему

будет настаивать на моей свадьбе.

—

Я включу этот вопрос в условия сделки. Яков не

узнает имен изменников, если не предоставит тебе

свободу.

293

—

Но Яков взбеленится, как и ваш король.

—

Пусть. Но никому не удалось заставить Якова

отказаться от Мэгги, которую он любит. Может быть, он

почувствует сходство нашего положения.

—

Ты думаешь?..

Впервые за все время в глазах Энн засветилась

надежда.

—

Я люблю тебя, и мне ничего не страшно. Пусть

король вспомнит, что он мужчина, способный любить. Я

добьюсь своего.

—

Если только сумеешь бежать от Донована Мак-

Адама. Если сумеешь довести до конца свое дело. Если

успеешь заключить сделку вовремя... Боже, Эндрю,

почему весь свет против нас?!

—

Будем воевать с целым светом, Энн, если это

понадобится.

—

Тогда мы оба должны верить нашей любви,

чтобы иметь силы для испытаний. Обними меня, —

прошептала девушка, — в залог того, что наши слова не

пустой звук. Подари нам эту ночь.

Ее губы были так близки, а лучащиеся любовью глаза

так влекли, что Эндрю обо всем забыл. Эта ночь была

их, чувство опасности растаяло, как снег на майском

солнце... Эндрю решил взять на себя ответственность за

будущее девушки. Энн не будет принадлежать никому

другому, пусть ему придется заплатить за это жизнью.

Наклонив голову, он прикоснулся губами к нежным

губам Энн. Поцелуй был легким, даже робким, но

Эндрю чувствовал, как ее тело расслабляется в его

объятиях...

—

Я... Я не знаю, что надо делать дальше, —

выдохнула она.

294

—

Тсс! Ничего делать не надо. Поцелуй меня, Энн.

Закрыв глаза, она подняла к нему лицо, и Эндрю

крепко поцеловал ее, помедлив, пока она не вернула ему

поцелуй; его руки освободили волосы Энн от заколок, и

они переливающейся темной массой рассыпались по ее

плечам. Ее охватил на мгновение страх неизвестности,

но их губы вновь слились в поцелуе, и страх растаял,

уступив место иному, непонятному девушке чувству.

Во всем мире для нее оставалась только одна

надежная опора — это Эндрю, и Энн прижалась к

нему; почувствовав, как он поднимает ее на своих

сильных руках, девушка уронила голову на его плечо,

затем ощутила мягкость постели. Эндрю лег рядом,

полуобняв ее, и пальцами свободной руки стал

расстегивать застежки и крючки ее платья. Энн

задрожала, но не пыталась его остановить. Тела

коснулся холодный воздух, но на помощь пришло

спасительное тепло его рук. Энн изумило, что эти

жесткие мозолистые пальцы могут ласкать ее с такой

нежностью. Эндрю чувствовал ее страх и двигался

неспешно, чтобы не испугать Энн, постепенно

пробуждая чувства в девушке.

Затем его рот коснулся ее груди, губы обхватили

сосок. От легких движений и покусываний она издала

стон, приглушенный неразборчивый возглас. Эндрю

целовал ее волосы, глаза, пульсирующую жилку на шее;

Энн порывисто изогнулась, когда он прижимался ртом к

ее груди, и задрожала, испытывая неведомую ей до того

страсть.