LEGA - Лега В

душа?» и т.п.

Пытаясь разрешить свое недоумение, Плотин часто говорит, что существуют

110

три вида людей. Одни уподобляются животным и живут, как животные, т. е. так,

как будто у них есть только тело. Другие понимают, что у них есть душа, и

пытаются обратить ее к чему-то более высокому, но, не зная истины, теряются в

догадках. Есть люди, владеющие истинным знанием, те люди, которым открыта

дорога к созерцанию единого , т. е. Бога. Эти три вида людей Плотин сопоставляет с

тремя философскими учениями. Первые люди сравнимы у него с эпикурейцами,

вторые — это стоики, и третьи — платоники.

Почему же платоники обладают истинным знанием? Может быть, одно из

величайших открытий Плотина состоит в том, что человек оказался не столь прост,

как это казалось античным философам. Нельзя сказать, что человек просто состоит

из души и тела, как говорили об этом Платон, Аристотель или стоики. Все они

говорили о душе по-разному, но именно к тому, что такое душа, и сводились все их

споры. Но тогда возникает один сложный вопрос. Если философ утверждает, что

сущностью человека является его душа, то оказывается, что живой человек,

существующий в теле, существует не истинной жизнью, что весь смысл жизни

человека состоит в умирании. Еще Платон устами Сократа говорил, что любой

философ всегда стремится к смерти; конечно, к смерти не в смысле самоубийства, а

просто как к более ценному состоянию, когда душа освободится от телесных оков.

С другой стороны, все понимают, что если человек есть единое существо,

состоящее из души и тела, то душа входит в тело по некоей необходимой своей

сущности. Эта сущность содержится в самой душе, заставляя ее задерживаться в

теле.

Однажды ученик Плотина Порфирий, видимо, в минуту меланхолии (а может

быть, на основании приведенных выше размышлений) захотел добровольно уйти из

жизни. Плотин отговорил своего ученика от этого шага, и нам известны его

аргументы, изложенные в небольшом трактате под названием «О добровольном

уходе». В нем Плотин говорит, что уходить из жизни нельзя, потому что душа

помещена в наше тело в соответствии с некоторыми законами, установленными

Богом, и нарушая эти законы, мы совершаем противоправный поступок,

увеличивая свой собственный грех, свою tolma , (наглость, дерзость), о которой

говорилось выше. Поэтому необходимо дождаться, когда, движимая всеобщим

законом душа, дождавшись своего часа, сама отойдет от тела, а Богу, по всей

видимости, угодно, чтобы человек пришел в мир умопостигаемый, увенчанный

многими добродетелями, которые он обретет в этом мире. Как видите, все эти

аргументы Плотина вполне приемлемы даже для нас, христиан, и теперь трудно

сказать, как обстояло дело: Плотин ли что-то у христиан заимствовал, или

христиане что-то нашли у Плотина. Так или иначе, ни слова о христианском

богословии или христианской философии мы у Плотина не найдем.

Итак, человек есть некая единая сущность, которая существует и в теле, и без

тела, и недопустимо добровольно расставаться со своей телесной оболочкой, даже

если мы стыдимся ее, как стыдился ее сам Плотин. Еще одно следствие

платоновско-аристотелевской концепции человека как существующего единства

души и тела: достичь счастья (или, на нашем языке, спасения) при жизни

невозможно. Тело есть гробница души, тело есть небытие, неистинная сущность,

поэтому невозможно при жизни человеку достичь истинного бытия, истинного

счастья, достичь спасения. Такое рассуждение, принижающее природу человека,

тем самым принижает и его создателей — единое и ум . Поэтому Плотин приводит

такие аргументы: во-первых, наша душа включает в себя весь умопостигаемый

мир, а во-вторых, душа есть не просто некая безликая сущность, которая одинакова

у всех людей. Каждый человек — это личность, это некоторое я , и зло возникает

именно тогда, когда человек поступает, как личность, т. е. свое собственное я

ставит в противоположность мировому устройству — людям, законам и т. п. При

построении своей онтологии Плотин также исходил из теории личности. Теория

личности у Плотина — это действительно его нововведение, ни у одного из его

предшественников мы такой теории не найдем.

Интересно, что теория личности как таковая появляется в философии только

лишь в XX в., в школе персонализма, основанной французским философом