Andrew - o c24ec28d571a6d65

воспользуюсь служебным положением».

Дойдя до дома, что стоял у собора Святого Павла, он нашел в приемной свободного гонца, и

велел, отдавая письмо: «Скачи в поместье мое, и напомни им на словах, что у них есть два

дня, чтобы все подготовить».

Уже возвращаясь, домой, он прошел мимо усадьбы Кроу и увидел, что в темном, спящем

доме горят свечи – в нескольких окнах.

В кабинете Питера было жарко натоплено. Констанца набросила на ноги соболье одеяло, и,

окинув взглядом разложенные по столу бумаги, покусав перо, сказала: «Так. Что касается

голландцев, с этой их новой Ост-Индской компанией, то я сделала анализ наших рисков, -

она подтолкнула к Питеру тетрадь.

Тот просмотрел расчеты и, подняв бровь, задумчиво сказал: «Получается, что Индия

выгодней Молуккских островов».

-Значительней, - отозвалась Констанца. «С точки зрения политики легче договориться с

одним Великим Моголом, чем с десятком туземных вождей, это первое, и второе –

Констанца стала загибать пальцы, - пряности, драгоценные камни, шелк, поташ…

-Порох, - усмехнулся Питер и сложил кончики пальцев. «И еще опиум».

-Именно, - Констанца кивнула.

Питер потянулся за бокалом и, отпив вина, покрутил небольшой глобус, что стоял между

ними.

-Пиши, - велел он.

-Фактория в Бантаме – это первое, второе – раз в Гоа сидят португальцы, то нашим судам

надо причаливать здесь, - он указал на западное побережье Индии, севернее, в Сурате, и

третье – Коромандельский берег, потому через него идут китайские товары. Вот наши цели

на пять лет. И сделай мне к следующей неделе расчет возможной прибыли по всем

перечисленным нами позициям, - добавил он, - не только по пряностям.

-Хорошо, - отозвалась Констанца, и Питер вдруг заметил, как огонь камина играет в ее

рыжих волосах. Он на мгновение закрыл глаза и подумал: «Когда она станет моей женой, у

нее не будет времени заниматься всем этим. Дети, хозяйство. А жаль, она отлично считает, -

юноша вздохнул, и, подняв длинные ресницы, добавил: «И учитывай возможные потери при

перевозке, ну, я тебе показывал, как это делать».

Констанца кивнула, и, приподнявшись в кресле, помахала кому-то рукой. Питер обернулся и,

встав, чуть поклонился: «Кузина Мирьям!»

Девушка, шурша платьем, прошла в кабинет, и, посмотрев на Констанцу, победно

улыбнулась.

-Я и не сомневалась, - ласково сказала та.

-О чем это вы? – юноша зевнул и со значением посмотрел на часы. «Ну, как хотите, а я иду

спать. Раз провожать тебя не надо… - он повернулся в сторону Констанцы.

-Нет, Джон знает, что я у вас остаюсь, - махнула рукой та. «А Мирьям тут переночует,

миссис Марта разрешила, и Кардозо тоже».

-Ну, спокойной ночи тогда, - Питер забрал со стола расчеты, и добавил: «Еще перед сном

просмотрю напоследок».

-Молодец! – горячо сказала Констанца, когда юноша вышел.

-Я уезжаю к вам в имение послезавтра, - улыбнулась Мирьям. «Ну, пойду с миссис Мартой

поговорю, ты же еще работать, наверное, будешь, Питер тебя загружает?»

-Питер мне платит, - Констанца рассмеялась. «Да и потом, его анализы рисков и расчеты

прибыли, - это ерунда, такое я и в десять лет делать могла.

- Я сейчас, - она порылась на столе и показала Мирьям книгу, - перечитываю Arithmetica

integra Штифеля, он высказывает идею о том, что можно сопоставить геометрическую и

арифметическую прогрессии и, таким образом, значительно упростить вычисления. Я хочу

сделать расчетную таблицу по этому способу, ну, примерную, и отослать профессору

Катальди, спросить его мнения.

Мирьям взялась кончиками пальцев за виски и закатила глаза.

-Не буду, не буду, - рассмеялась младшая девушка и подтолкнула ее к двери. «Иди уже к

миссис Марте, она в кабинете своем. А спим мы в детской старой, мистрис Доусон уже

постелила там».

Марфа обняла Мирьям и, прижавшись щекой к ее каштановым, пахнущим какими-то

травами, волосам, сказала: «Ну, я всегда знала, что ты смелая девочка. Мама твоя так же

бы сделала, уверена»

-А вы? – Мирьям нашла ее руку, и стала перебирать нежные, унизанные алмазами пальцы.

-Я тоже, - Марфа села на ручку кресла и, вдруг рассмеялась: «Хочешь кальян? Виллем

привез, он-то трубку курит, мне и подымить не с кем. И табак у меня есть, и этот, гашиш,

который боли снимает»

-У вас что-то болит? – нахмурилась Мирьям.

-Да ничего у меня не болит, - Марфа сняла кальян с персидского ковра, и, поставив его на

стол орехового дерева , усмехнулась: «Вина тебе нельзя, женевера – мала еще, так хоть