Andrew - o c24ec28d571a6d65

вытащенные на берег, развешанные для просушки сети. «Тут надо, - он усмехнулся, - кое-

что выгрузить, но не сейчас, не днем, а попозже»

-Ящики, что в трюме стоят, - протянул Уильям. «А кто это забирать будет?»

- Некий Масато-сан, начальник охраны его светлости даймё Датэ Масамуне, - ответил

адмирал. «Сам понимаешь, везти такое сушей, через всю страну – опасно, сёгун за это по

голове не погладит, если узнает».

- Он еще не сёгун, - заметил мальчик и тут же оживился: «Смотри, замок на холме! Это там

живет даймё? Мы пойдем ему представляться?»

- Непременно, - адмирал обернулся и велел спускать шлюпку. «Даже не столько

представляться, мой дорогой Уильям, сколько получать звонкое золото. Задаток нам выдали

в Нагасаки, а тут предстоит полный расчет. Ну, и жемчуг матушке купим, мне говорили, тут

он хорош».

-А что ты выбирал в той лавке гравюр, в Нагасаки? – вдруг спросил мальчик, когда отец уже

сел на весла. «Ну, когда ты мне велел на улице подождать?»

Виллем почувствовал, что чуть краснеет, и ответил: «Так, картины, матушке они тоже

понравятся».

«И еще как, - улыбнулся про себя адмирал, вспомнив альбом. «Вернемся в Лондон, Питер за

Уильямом присмотрит, а я Марту в усадьбу отвезу. Дня на два. Нет, на три. Как раз лето

будет, на лодке покатаемся – ну, если, конечно, силы для этого останутся».

- Да, - вздохнул мальчик, обводя глазами единственную торговую улицу, что спускалась к

морю, - это, конечно, не Макао.

- Все-то ты видел, - вздохнул Виллем, вытаскивая шлюпку на берег, - я в твои годы еще в

замке сидел, ну, на охоту с отцом ездил, и все. Ты как, - он испытующе взглянул на Уильяма,

- замком-то будешь заниматься? Или пусть дальше разваливается?

- Еще чего! – присвистнул мальчишка. «Заработаю денег, и отстрою, не для того он

четыреста лет в семье был, чтобы в груду камней превратиться. Тем более, - он вскинул

карие глаза, - ну не вечно же испанцы в Нижних Землях сидеть будут. Вообще, - небрежно

заметил Уильям, - я бы поехал туда, повоевал с ними. Когда вырасту, конечно, - добавил он

торопливо, увидев взгляд отца.

- Очень надеюсь, что до того времени война закончится, - сварливо отозвался Виллем, и,

поправив шпагу, подогнал мальчика: «Ну, пошли».

- Смотри, - внезапно удивился сын, когда они, пройдя через рынок, оказались на дороге,

ведущей вверх, на холм, - священник. И самурай какой-то с ним, - мальчик прищурился, -

молодой.

- И тут католики, - Виллем обернулся и взглянул на сверкающее, волнующееся море. «Хотя

мне говорили, что в Бантаме, на Яве, был какой-то протестантский миссионер, и хороший,

туземцы его любили. Жалко, что уехал».

- Ну, - рассудительно заметил сын, - мы же ходили в Макао в церковь, а она была

католическая. И ничего. И эти ящики, - Уильям усмехнулся, - откуда нам на корабль грузили,

- со складов иезуитской миссии в Нагасаки. Давай подождем, они, по-моему, тоже в замок, -

предложил мальчик.

- Здравствуйте, - Дайчи-сан поклонился, завидев высокого, крепкого мужчину в европейской

одежде, что стоял, положив руку на плечо ребенку, рассматривая город внизу. «Вы, должно

быть, с того корабля, что утром пришел».

- Да, - моряк протянул руку, - я капитан, Виллем де ла Марк, а это мой сын, Уильям. Мы с

«Гордости Лондона», рады знакомству.

- Вы не японец, - вдруг сказал Уильям, глядя на высокого юношу. Русые волосы отливали

под солнцем бронзой, зеленовато-голубые глаза чуть улыбались.

- Меня зовут Дайчи-сан, - поклонился тот. «Ну, или Дэниел, если по-испански. А это отец

Франсуа, из Нагасаки, он моего маленького брата крестить приехал. Мы с проповеди идем,

оттуда, - молодой человек кивнул на город.

- И много людей было? – спросил Виллем священника, когда они стали подниматься наверх.

Тот улыбнулся. «Даже удивительно, тут ведь не Нагасаки, не Эдо – провинция. Ну, эта, в

основном, знаете, кто это? – священник взглянул на Виллема.

- Знаю, - вздохнул тот. «Жалко их очень, конечно».

- А люди хорошие, - задумчиво сказал отец Франсуа. «Добрые. Ну да они везде хорошие. А

вы вот что, - вы же даймё пришли представляться, да?

Виллем кивнул.

- Я потом обедню буду служить, там, - отец Франсуа махнул рукой в сторону замка, -

приходите. И мальчика берите своего, а то когда еще службу послушаете. А завтра отец

Джованни вернется, - он сейчас переводами занят, для этого уединение нужно, - и мы

вместе с ним в город пойдем, Новый Завет читать им будем, тоже приходите».