Andrew - o c24ec28d571a6d65

них – за всех, сэр Фрэнсис. И за кузину Тео и мою сестру тоже. Не вернусь, слышите?».

Дрейк помолчал и велел: «Пошлешь весточку своей семье с теми кораблями, что везут

золото в Плимут. И давай, не залеживайся, как только починимся – идем дальше, нам

предстоит еще атаковать Сан-Хуан, будешь там командовать теми, кто на берег пойдет,

крепость подрывать».

Капитан Кроу кивнул, и, закрыл глаза: «Спасибо, сэр Фрэнсис».

- Отдыхай, Ворон, - мягко ответил Дрейк, и, закрыл за собой дверь капитанской каюты

«Пеликана».

Констанца проснулась на излете ночи, и позвала: «Мирьям, Мирьям, ты где?» Она

приподнялась на своей кровати и оглядела детскую – огромный глобус на ковре, стол,

заваленный ее тетрадями, шкафы с книгами.

Старшая девочка сидела на обитой бархатом кушетке у большого окна, выходящего на

крыши Сити. На востоке, над портом и верфями вставал неверный, слабый зимний закат.

Констанца вскочила, и, подбежав к подруге, потрясла ее: «Что с тобой?».

Мирьям натянула на колени длинную рубашку, свернулась в клубочек и сказала,

всхлипывая: «У меня нет больше папы».

- Ты не можешь этого знать, - яростно зашипела Констанца, и повторила: «Ты не можешь

этого знать!».

- Дай руку, - попросила Мирьям. Она прижала к щеке тонкие пальцы девочки и грустно

проговорила: «Ты счастливая, у тебя остался отец. А у меня больше никого, никого нет, -

Мирьям заплакала, раскачиваясь, и Констанца, положив голову подруги себе на плечо,

вытирая ей слезы, долго смотрела на то, как всходит над Лондоном маленькое, едва

заметное в сером тумане солнце.

Она подняла разбитую, гудящую голову и услышала сверху птичьи клики. Огромный

альбатрос развернул крылья и, нырнув вниз, сел на обломок шлюпки. «Девочка, - подумала

Тео, - Белла, наша девочка». Младенец так и лежал в ее руках. Женщина взглянула на

безжизненное, синеватое личико, и, вдруг вспомнила, как матушка заставляла ее дышать во

время пожара – давно, еще в детстве.

Тео положила Беллу на спину, и, прижавшись ртом к ее губам, вдыхая воздух в горло

дочери, приказала: «Живи!». Она нежно, аккуратно нажала руками на маленькое тельце, и

Белла, открыв ротик, выплюнув морскую воду, выгнулась и зарыдала – отчаянно, громко.

«Господи, спасибо тебе!», - прошептала Тео и дала девочке грудь. Обломок медленно

дрейфовал к берегу, и Тео, оглянувшись, увидела, как гавань заволакивает черный, густой

дым пожара. «Святая Мария», - прошептала она, - Господи, что с ним! Что с Ником?». Она

тихо плакала, гладя Беллу по мокрой голове, а та только жадно, не отрываясь от матери,

сосала.

- Вон какая-то английская сучка! – услышала она голос со шлюпки, что, проскользнув между

загромождавшими вход в гавань остатками кораблей, вышла в море. «Стреляйте, надо и ее

отправить на дно морское!»

- Я – сеньора Вискайно, - сжав зубы, крикнула она. «Жена капитана Себастьяна Вискайно! А

это наша дочь, Изабелла! Немедленно поднимите меня на шлюпку!».

Она сидела, завернувшись в одеяло, на разбитой ядрами набережной порта, и, укачивая

Беллу, смотрела вдаль. На горизонте, потрескивая, догорая, погружались в море корабли.

- Тео! – он растолкал всех, и, опустившись рядом с ней на колени, - обнял ее, - сильно,

ласково. «Господи, счастье мое, мы тебя похоронили уже!»

- Дон Мигель ссадил меня на шлюпку, перед атакой, - рыдая, сказала Тео. «Прости , что я

поехала морем – я так торопилась к вам, так скучала, так хотела тебе сказать…, - она не

закончила, и, сглотнув, добавила: «Когда ты уезжал, я еще не была уверена, Себастьян…».

- Счастье мое, - муж заплакал, и нежно, осторожно, коснулся темных волос Беллы. «Господи,

моя доченька…»

- Я ее Изабеллой назвала, четыре месяца ей, - прошептала Тео. «Меня потом нашли

англичане, «Желание», назывался их корабль, но они меня не трогали – хотели взять выкуп,

поэтому сюда и привезли. Прости меня, милый…

- Мы его расстреляли, это «Желание», - баюкая ее, сказал Себастьян. «И «Святая Мария»

тоже погибла, эта собака Куэрво поджег пороховые трюмы, и бросил ее на наши корабли.

Но, ничего, ничего, милая, мы опять вместе, и теперь все, все будет хорошо».

- Дэниел и Марта с тобой? – спросила Тео, когда он помог ей подняться. Она увидела в

голубых глазах мужа тоску. «Марта потерялась в джунглях, - тихо ответил Себастьян, -

Дэниел пошел за ней, и тоже не вернулся. Я их ищу, милая, все это время ищу – может быть,

они у индейцев. Я их найду, обещаю».