Iskinder - Пролог

Как только клетка встала на предназначенное ей место, Гроссмейстер ш’Эссар вернул

подлокотник в исходное положение, намертво закрепив тем самым клетку на сцене.

Сделана она была из толстых металлических прутьев, а по размерам в точности

соответствовала трибуне. Предназначалась клетка, как легко можно догадаться, для

предотвращения критики власть предержащих, в неподобающей форме. А подобные

инциденты за долгую историю Ордена случались… Непосредственным поводом для

внедрения такого полезного устройства послужило убийство Гроссмейстера ш’Елса

сторонниками Великого Магистра ш’Афтанара, много веков тому назад. С тех пор

подобные попытки случались, но успеха не имели – клетка была тяжелая, прочная и

хорошо закрепленная, ни приподнять ее, ни прорваться внутрь, мятежники не успевали –

на подмогу успевали подоспеть сторонники критикуемых.

Подождав пока все Мастера войны рассядутся, Гроссмейстер ш’Эссар встал со

своего места, подошел к краю трибуны, дождался пока стихнет гомон голосов в партере и

заговорил… – Конклав начался!

Все эти события Денис наблюдал не через люк в полу чердака, являвшегося

одновременно потолком Зала Выбора, а на экране… вернее не то чтобы на экране… а

на… хотя – в каком-то смысле и на экране… Короче, все по порядку. После принуждения

«обезьяны» к миру, Денис решил осторожно, одним глазком, взглянуть на то, что делается

внизу: не разбудил ли грохот на чердаке какие-нибудь силы Зла, заинтересовавшиеся тем, кто это там хулиганит наверху? И нельзя ли его – этого хулигана, схарчить? Он совсем

уже было собрался приподнять люк, но был остановлен любимым руководителем:

– Чего тебе там надо?

– Хочу посмотреть… мало ли чё…

– Мало ли чё… много ли чё… – задумчиво пробормотал главком, явно думая о

чем-то своем – о девичьем, а потом, будто очнувшись от дум, бодро закончил, –

посмотреть-то можно… ради бога, только не обязательно делать это через дырку в

заборе… Мы живем, если ты не забыл, в двадцать первом веке – пора уже доверять

техническим средствам наблюдения… кол-лега! – Денис в ответ только глаза вытаращил: какие, нафиг, технические средства? О чем это, он?!..

И тут, как будто холодный ветерок прошелся у Дениса вдоль хребта, а вслед за ним

промаршировали по спине ледяные мурашки. Очень неприятная мысль посетила его – а не

являются ли последние высказывания любимого руководителя следствием черепно-

мозговой травмы?! А что? – драться верховный главнокомандующий мог на автопилоте –

мастерство не пропьешь! – Мастер войны, он и контуженный – Мастер войны, но

шваркнула его «обезьяна» очень прилично… вот сейчас и накрыло. Денис загрустил. Это

было, мягко говоря… неприятно – остаться в центре вражеской территории вдвоем с

полудур… пардон, пардон – с не вполне вменяемым командиром!

Дальнейшие действия главкома только утвердили Дениса в его худших

предположениях: Шэф расстегнул шкиру и обнажил свою мускулистую грудь. Если бы на

месте Дениса была толпа девушек и женщин репродуктивного возраста, то их восторгу от

этого зрелища не было бы предела и девять из десяти, отдались бы командору

немедленно, не отходя от кассы. А оставшиеся десятые сделал ли бы это чуть погодя. Но

на Дениса этот стриптиз произвел впечатление совершенно обратное – он окончательно

перепугался, осознав уже не головой, а на уровне инстинктов – спинным мозгом, что

любимый руководитель реально сошел с катушек!

Как говорится: дальше – больше! Верховный главнокомандующий, подцепив

ногтями, отодрал маленький кусочек кожи с груди, крепко ухватился за него двумя

пальцами и… рванул! Денису чуть плохо не стало от этого зрелища… Казалось бы он уже

много чего повидал на своем веку, но… любимый руководитель занимающийся

членовредительством в особо циничной и извращенной форме… – это был уже перебор!

Но, к счастью, уже в следующее мгновение выяснилось, что верховный

главнокомандующий сорвал с груди все-таки не кожу, а что-то вроде листа пластыря

телесного цвета, очень ловко прикидывавшегося кожей. Отделившись от груди главкома, он быстренько поменял цвет и предстал в виде обычного листа бумаги, формата А4.

Приведя в порядок одежду – а именно, снова натянув шкиру на свое нисколько не

поврежденное тело, командор привычно ухмыльнулся и сказал:

– Дэн, знакомься – это «тельник»! «Тельник», знакомься – это Дэн!