Iskinder - Пролог

– А что бы вы нам посоветовали? – галантно отозвался Шэф, обращаясь к ней во

множественном числе, что было принято только между аристократами, хотя она явно

была простолюдинкой.

Не отрывая взгляда от Дениса девушка затараторила:

– Пиво кислое… не надо брать, эль неплохой, но есть хазретское красное вино, –

хорошее, я прослежу чтобы Олаф не разбавил, свинина жесткая и подгорелая, каплун

жирный, рябчики костлявые… – она бы могла продолжать еще долго, но есть хотелось

так, что урчало в животе, и Денис решился ее перебить, несмотря на то, что просто

смотреть на девушку уже было удовольствием:

– Хэлли… милая, – девушка одновременно покраснела от смущения и засияла от

удовольствия, – принеси нам пожалуйста на свой выбор, чтобы мы не остались

голодными и не пили всякую отраву!

Девушка сделал книксен и метнулась на кухню, как белка за орехом, успев однако, по дороге, бросить на Дениса еще пару сияющих взглядов.

– Ну-у… ты, блин, Казанова! – констатировал любимый руководитель после того

как их столик, в мгновение ока, оказался заставлен разнообразными холодными

закусками: копченым мясом; тарталетками, начиненными какой-то красной рыбой;

маринованными грибами; селедкой с луком; помидорами с сыром и прочее… прочее…

прочее…

– За Дон Жуана! – провозгласил главком, поднимая кубок с красным хазретским.

– А что я… – засмущался Денис, а Шэф продолжил:

– Надо будет подарить тебе ларзовский перстенек… завалялся у меня один

лишний… а то ищи тебя потом по всяким КВД.

– Хорошо что не НКВД! – буркнул смущенный Денис, хмуря брови, но на самом

деле польщенный и вниманием красавицы и высокой оценкой его куртуазности и

мужской привлекательности со стороны руководства!

К тому моменту как с закусками было покончено и компаньоны вкупе со

«слугами» в благодушном настроении дожидались горячего, в обеденный зал шумно

ввалилась компания из шести человек: аристократ с охраной, – пояснил мудрый

руководитель, рассмотрев их пестрые камзолы. Громко разговаривая, разом перекрыв

мерный гул множества голосов, стоящий в помещении, великолепная шестерка

оккупировала столик по соседству с нашей компанией. Во время продвижения к

намеченной цели они успели щипнуть за задницы всех молодых женщин оказавшихся у

них на пути и толкнуть всех мужчин, не успевших убраться с дороги.

К удивлению Дениса, который после «автомобильных» разборок на Полуночном

Тракте считал, что любой толчок аристократа должен провоцировать немедленную дуэль, ничего подобного не происходило, – задетые мужчины будто не замечали своих

обидчиков, – то ли они не были аристократами, то ли еще что… В ответ на его

вопросительный взгляд, Шэф только пожал плечами. Вновь прибывшие вызвали у Дениса

глухое раздражение, напомнив своим наглым поведением детей гор, раскатывающих на

джипах вокруг Вечного Огня. Следствием этого стало то, что пузырь внизу живота

приступил к своим непосредственным обязанностям, – начал конденсировать ярость.

Как только вновь прибывшие расселись, они принялись с наглым видом

разглядывать окружающих, обмениваясь громкими и, судя по всему, нелестными для

последних комментариями. Однако, когда под прицелом их внимания оказались наши

компаньоны и их «слуги», поведение пришельцев резко изменилось, – сухой, крепкий

мужчина лет сорока на вид, судя по всему, начальник охраны, вглядевшись в Шэфа, вздрогнул, можно сказать переменился в лице и что-то зашептал своим спутникам, причем говорил он уставившись в стол, так что и в более благоприятной обстановке, расслышать произнесенное было бы невозможно. После этого, вся шестерка бросила на

компаньонов по прощальному, какому-то, можно сказать, удивленному взгляду и больше

в их сторону не смотрела.

К столику пришельцев быстро – хорошо что не бегом, приблизился сам хозяин

заведения – невысокий, полный мужичок с хитрым круглым лицом, и принялся

принимать заказ, льстиво заглядывая в глаза. Такое поведение старшего менеджера

должно было бы насторожить Дениса и настроить на более спокойный лад, и несомненно, прежний, «довоенный» Денис скромно бы отвел глаза от шумной компании и попытался

внушить себе, что их не существует, что в зале находятся нормальные, спокойные, мирные люди, но то прежний, нынешний же в упор уставился на компашку с нехорошим

прищуром, ожидая реакции на свое явно вызывающее поведение. К его удивлению, сам