Alexandr - Unknown

– редкостная чушь, и точка, но промолчала, потому что, если начну говорить, то не закончу. Если я заведусь, то ляпну, что тоже не могла себе представить, что он не станет смотреть фильм в оригинале, и что не станет пошло называть меня принцессой и любимой, не то Мауро тоже возьмет, да и смоется от меня. Поэтому я промолчала и поцеловала его в шею долгим поцелуем.

- Я ее прочту. Спасибо тебе огромное.

- Я не стану проверять, прочла ли ты книгу, – ответил Мауро, смеясь. – Если захочешь

прочесть – хорошо, не захочешь – оставишь на книжной полке и больше ничего.

Это как раз то, что мне нравится в Мауро, – он придает вещам верную значимость. Не то,

что я.

Мы уже приступили к приготовлению салата на ужин, когда мне в голову пришел

нелепый вопрос.

- А ты сам читал эту книжку?

- Конечно! Ты что же думаешь, что я всучил тебе книгу, которую не читал?

Я замолчала. Книгу о помощи самому себе не читают просто так, от нечего делать. Ее

читают только по необходимости. Я продолжала кубиками нарезать помидоры, клянясь самой себе, что не стану расспрашивать его дальше. Но следующий вопрос вырвался сам собой:

- А зачем ты ее читал?

- Это было мне необходимо. В моей жизни был плохой момент.

- Вот как.

( Плохой момент. Когда же это Мауро переживал плохой момент? А самое главное… С

кем?

Я со всей силы стиснула зубы, чтобы не продолжать расспросы. Если бы у меня под рукой

была коробочка с нитками, я зашила бы себе рот.

- С кем?

(И где только лежит эта чертова коробка с нитками?)

- Что с кем?

- Ну, с кем ты переживал плохой момент…

- Со своей бывшей.

- А-а-а.

(Значит, у него кто-то был.)

- Хчешь, чтобы я рассказал о ней? – спрашивает он.

- Нет-нет, что ты, не хочу.

Я подумала, что должна была бы окончательно зашить себе рот. Я продолжала резать

помидоры, но вместо аккуратных кубиков у меня выходили чудовищные кусищи, которыми подавиться можно.

- Ее зовут Елена.

- Я не спрашивала тебя.

- Конечно, но мне хочется тебе рассказать.

- Да, но я не спрашивала.

- Хорошо, я не стану тебе рассказывать, так даже лучше.

Мы накрыли на стол и уселись ужинать. Я молчала, мне не хотелось говорить. Лучше бы

это произошло со мной раньше. Правда, желание говорить могло бы пропасть и на десять минут раньше. Будь проклята эта чертова бывшая! У всех есть какая-нибудь бывшая.

- Ната, ничего не случилось, – сказал Мауро, пристально глядя мне в глаза. – Мы прожили

вместе четыре года, но все закончилось. Ты же тоже жила с Альберто, разве не так?

- Конечно, конечно, я ведь ничего не говорю. И я уже сказала, у тебя нет никакой

необходимости рассказывать о ней.

Когда мы завалились на диван, он взял и рассказал мне о ней.

- Первые два года все было хорошо. Я был без ума от нее, любил без памяти. Думаю, что и

она тоже. Мы вдвоем кайфовали. Елена казалась мне красивой, умной, приятной… Она была иделом женщины. Единственным ее недостатком была ревность. Сначала я не придавал этому большого значения, думал, что, если мы проживем вместе подольше, ревность пройдет. Но все вышло совсем наоборот. Когда мы стали жить вместе, начался кошмар. Я ничего не мог. Не мог пойти с друзьями, не мог поужинать на работе. Без нее я не мог ничего. У нас началась такая ругань, что ты и представить себе не можешь. Это было все равно, что нечаянно наступить на оголенные провода. Если я приходил домой немного позднее, чем ожидалось, она кричала, говорила, что ненавидит меня, чтобы я убирался из дома. Я не понимал того, что случилось, клянусь, не понимал. Я хлопал дверью и уходил. Но на следующее утро она присылала мне сообщение, в котором говорилось, что она проплакала всю ночь, что соскучилась и не может жить без меня. И я, как идиот, снова бежал к ней, потому что тоже чувствовал, что не могу жить без нее. Мы бежали по какому-то немыслимому замкнутому кругу. Это было сродни американским горкам – то вверх, то вниз, то – да, то – нет. Сейчас я тебя ненавижу, а сейчас люблю… Наши стычки были оглушающими. Мы падали в ад, чтобы потом вместе коснуться небес, сознавая, что как только произойдет примирение, на наши головы снова посыплются бомбы. Я не богомолец, Ната, но, клянусь тебе, что все то время молился о встрече с кем-нибудь, кто заставил бы меня забыть ее, чтобы мне удалось выбраться из этого колодца страстей, в который я себя загнал. Я знакомился с разными девушками, спал с ними, но все это лишний раз доказывало мне, что я любил Елену. Поразительно, но через несколько месяцев наши с ней отношения и вправду наладились. Она угомонилась, успокоился и я, и мы стали обычной парой. Мы не скандалили, не кричали, только любили друг друга, или нам так казалось. Мы ходили куда-то с друзьями, решили купить квартиру, взяв ипотеку на тридцать лет. Мы строили планы на будущее, думая, что всегда будем вместе… Но, мы слишком долго решались на это, и именно тогда, когда решились, все и закончилось. Пришел быт, повседневная рутина, нам стало скучно, все надоело, и – конец.