Руслан Мельников - Тевтонский крест

– Мне уже доводилось сражаться с ними в северных землях. И сталкиваться в Венеции – тоже.

– И что ты знаешь о Хранителях Гроба?

– Ну, например, что у них имеется м‑м‑м… чудо‑оружие.

– Чудо? Оружие?

– Вундер‑ваффен, если по‑немецки. Страшное, очень страшное оружие…

– Ну, положим, у них много страшного оружия, каид. Громовые самострелы, колдовские лодки, шайтановые железные повозки, летающие джины, что плюются сверху огнем и молниями…

– То, о чем я говорю, гораздо страшнее. «Гроссе магиш атоммине» – так его называют сами Хранители.

– Гроссе… что? И как же выглядит это «гроссе»?

Ну, как бы объяснить подоходчивее?

– Похоже на большой гроб.

– Гроб? – эмир задумался. – Гроб Хранителей Гроба? И уж не его ли стерегут в Эль Кудсе немецкие колдуны?

– Его, наиб. Он способен стереть с лица земли весь Иерусалим. Чем, собственно, и займутся Хранители при полной луне.

– Целый город? С лица земли? Разве такое возможно? – Айтегин смотрел недоверчиво.

А вот у Бейбарса глаза загорелись сразу. Невиданное по мощности оружие явно заинтересовало мамлюка.

– Возможно‑возможно, – вздохнул Бурцев. – Так когда армия султана сможет атаковать Иерусалим?

– Хабибулла? – Наиб глянул на переводчика.

Тот кивнул. «Этому человеку можно доверять», – без слов говорил Хабибулла.

Айтегин помолчал немного. Обдумал, прикинул что‑то. Потом произнес:

– Ладно, я отвечу тебе, каид‑иноземец. Штурм можно начать как раз в ночь полной луны. Прежде, чем минет первая половина ночи. Прежде, чем покинет посты первая стража на городских стенах. Ты доволен?

– Да.

Не очень уверенно, вообще‑то, прозвучал его ответ, но… Если город падет до полуночи – есть шанс! Переброска в хронобункер СС Аделаиды или, как ее называли в своих секретных бумагах гитлеровцы, «шлюссель‑менша» запланирована на полночь, о чем Бурцев узнал еще в Венеции. И только после эксперимента с «человеком‑ключом» немцы взорвут «атоммине» и попытаются открыть «цайт‑тоннель». Если, конечно, планы у фашиков не изменились. А хотелось надеяться на то… Ничего другого все равно не оставалось.

Итак, нужно решить, что делать с городскими воротами. Эмиры и сир Бейрута совершенно правы: хотя бы одни из них должны быть открытыми. Ибо малейшая задержка под стенами приведет к неминуемому поражению. Эсэсовцы просто‑напросто выкосят автоматно‑пулеметным огнем султанское войско, а тех, кто уцелеет, обратят в бегство.

– Сколько ворот в городе? – спросил Бурцев. – Как охраняются? Где наиболее удобные подступы для конницы?

Айтегин смотрел на него долго и пристально:

– Хочешь захватить ворота?

– А разве не об этом у вас шла речь?

– Ты отважен, друг мой, но не забывай об оружии шайтана, коим обладают немецкие колдуны.

– У нас тоже есть хм… оружие шайтана. Там вон лежит.

Бурцев кивнул на катер. Один пулемет и один «шмайсер» – не густо, конечно. Но если напасть внезапно и ударить по привратной страже с тыла…

– Я умею им пользоваться. И не только я.

В его команде имелось еще два стрелка: Сыма Цзян и Ядвига.

– Сколько сотен воинов тебе потребуется для захвата ворот, каид Василий‑Вацлав? – деловито осведомился наиб.

– Сотен? Сотен – нисколько. Большой отряд – большие подозрения. Мне хватит моей дружины, ну и… Хабибулла, ты знаешь город?

– Как свои пять пальцев.

– Значит, пойдут мои люди и Хабибулла. Он не помешает.– Все равно ведь этот сарацин от него уже не отвяжется. Аллахом поклялся как‑никак.

– Но этого мало, слишком мало, чтобы штурмовать ворота в лоб, – нахмурился старший эмир. – Даже с шайтановым оружием.

– А кто говорит о лобовом штурме? Сначала я хочу пройти через ворота, хочу попасть в город, осмотреться хочу, а уже потом…

– Тебя и твоих людей не впустят в город с оружием, – мрачно объявил Айтегин. – Тем более с шайтанскими громометами. Стража обыскивает и разоружает любого входящего за стены Эль Кудса и возвращает изъятое оружие лишь на выходе из города. Того, кто пытается обмануть немцев, ждет виселица.

Хм… вот как? Но Бурцев, собственно, и не рассчитывал пронести стволы в открытую. Неужто неотыщется действенного способа контрабанды?

– Всех ли проверяют с надлежащей тщательностью? – спросил он. – Досматривают ли Хранители Гроба и тевтонские рыцари купеческие повозки? Крестьянские телеги? Поклажу паломников?

– Сами немецкие колдуны и орденские братья этим не занимаются. Да и не смогли бы при всем желании: слишком много народа въезжает в Эль Кудс. Хранители Гроба и рыцари черного креста только охраняют ворота, а в разговор вступают лишь с теми, кто вызывает наибольшие подозрения. Остальных проверяют слуги‑кнехты. Мимо этих не пройдет ни один христианин.