Unknown - Бернард Корнуолл

Свинъярд взялся за деревянный ящик, стоящий под столом, силясь поднять, крякнул и сапогом отправил к ногам Бёрда.

Майор наклонился, взял верхнюю из книжек и прочёл вслух название:

- «Ниггерский вопрос». – и уже с некоторой гадливостью озвучил имя автора, - Джон Дэниел. Вы всерьёз хотите, чтобы я это раздал солдатам?

- В обязательном порядке! – безапелляционно заявил подполковник, - Видите ли, Джонни – мой двоюродный брат, и он продал эти памфлеты генералу Фальконеру, чтобы просвещать серую солдатскую скотинку.

- Как щедро со стороны моего зятя. – едко заметил Бёрд.

- Нам эти памфлеты очень кстати. – вежливо вставил Старбак.

Свинъярд с подозрением взглянул на капитана:

- Кстати?

- В такую погоду без растопки трудно развести костёр. – любезно растолковал ему Старбак.

Щека у Свинъярда задёргалась сильнее. Он, не мигая, смотрел на Старбака, но ничего не говорил, только нервно поигрывал ножом с костяной рукоятью.

- Дэниел – ваш двоюродный брат? – нарушил затягивающуюся паузу Бёрд.

- Да. – Свинъярд перестал сверлить капитана глазами и положил нож на стол.

- Как я понимаю, ваш кузен, - озарило Бёрда, - автор передовицы в «Экзаминер», с подачи которой армейское начальство повысило Вашингтона Фальконера?

- И что с того?

- Нет, ничего. – невинно сказал Бёрд, пряча усмешку, рождённую осознанием того, во сколько обошлась Фальконеру поддержка Дэниелса.

- Находите это смешным? – зловеще осведомился Свинъярд.

Бёрд вздохнул:

- Подполковник, мы весь день на ногах, и у меня не осталось ни сил, ни желания стоять здесь и объяснять, что меня веселит, а что печалит. Вам ещё что-нибудь угодно от меня? Или мы с капитаном Старбаком можем идти спать?

Свинъярд секунду взирал на Бёрда, затем махнул рукой-клешнёй в сторону клапана выхода:

- Свободны, майор. Пришлите кого-нибудь за памфлетами. А ты, - он злобно прищурился, глядя на Старбака, - останься.

Бёрд не двинулся с места:

- Если у вас дело к моему офицеру, значит, у вас дело ко мне. Я погожу с уходом.

Свинъярд равнодушно пожал плечами и спросил у капитана:

- Как твой папаша, Старбак? Проповедует братскую любовь к черномазым, а? Призывает выдавать замуж наших дочерей за сынов Африки?

Он замолк, дожидаясь ответа Старбака. Одна из ламп на мгновенье вспыхнула ярче. Снаружи доносилось пение солдат.

- Ну, Старбак? Твой папаша всё ещё хочет, чтобы наших девочек крыли черномазые быки?

- Мой отец никогда не одобрял межрасовых браков. – возразил Старбак.

Как бы он ни относился к отцу, глупые насмешки этого недомытого подполковника разозлили Натаниэля и побудили вступиться за преподобного Элиаля.

Щёку Свинъярда бил тик, подполковник протянул ладонь без трёх пальцев, указывая на две звезды, украшающие ворот новёхонького мундира, висящего на вбитом в один из поддерживающих крышу шестов гвозде:

- О чём говорят тебе, Старбак, эти знаки различия?

- О том, что мундир принадлежит какому-то подполковнику.

- Не какому-то, мундир принадлежит мне! – прорычал Свинъярд.

Старбак пожал плечами.

- Я выше тебя по званию! – заорал Свинъярд, брызгая слюной и табаком на остатки капусты с картошкой, - Ты должен звать меня «сэр»! Понял?! «Сэр»!

Старбак равнодушно смотрел на Свинъярда, тот на капитана – бешено. Беспалая рука вцепилась в край стола. Было тихо, потому что вопль подполковника привлёк внимание солдат снаружи. Они прекратили петь, и майор Бёрд подумал, что сейчас, наверное, Легион в полном составе, затаив дыхание, слушает, что происходит внутри палатки.

А подполковник Свинъярд, похоже, забыл о том, что тонкие стены палатки – не преграда для звука, а вокруг шатра расположились десятки людей. Свинъярд, похоже, забыл обо всём на свете, видя перед собой лишь лицо Старбака с губами, на которых подполковника чудилась издевательская усмешка. В ярости Свинъярд цапнул с койки плеть и замахнулся на ненавистного бостонца:

- Ты – северное отродье, Старбак! Любитель черномазых, кусок республиканского дерьма! Тебе не место в этой бригаде! – кончик плети щёлкнул в воздухе у самого лица Старбака, - Ты выставлен из бригады вон, слышишь?! Окончательно и бесповоротно! Таков приказ бригадного генерала, подписанный, заверенный и отданный мне!

Злобно поглядывая на Старбака, он принялся ворошить клешнёй бумаги на столе, но искомый документ упорно не желал даваться в руки, и подполковник бросил поиски:

- Уволен! С этой минуты уволен! Вон! – подкрепляя свои слова, Свинъярд хлестнул капитана плёткой.