Джек Вэнс - Мэдук

Несколько минут Шимрод наблюдал за ее работой, но никак не мог определить характер изображения. Он зашел в комнату, чтобы рассмотреть панель поближе, и снова попытался понять, на что он смотрит, но безуспешно. Все пигменты выглядели одинаково матово- черными, что, по мнению Шимрода, не позволяло добиться достаточ- ной контрастности. Он приблизился еще на шаг, еще на один. Наконец ему удалось понять, что каждый из пигментов, исключительно не- обычных и не походивших ни на какие известные ему краски, отливал особенным, едва заметным дрожащим блеском, свойственным только ему одному. Шимрод изучил поверхность панели; формы, образован- ные черными мазками и подтеками, плыли в глазах, не позволяя со- средоточиться на каком-то определенном объекте или подметить ка- кую-нибудь закономерность.

Женщина повернула голову, взглянув на Шимрода пустыми бе- лыми глазами. У нее на лице оставалось непроницаемое выражение — Шимрод не был уверен даже в том, что она его видела. Не могла же она быть слепой! Это полностью противоречило бы ее занятию!

Шимрод вежливо улыбнулся. «Любопытная картина, — заметил он. — Не совсем ясно, однако, в чем заключается композиция».

Женщина не ответила. «Может ли быть, что она еще и глухая?» — подивился Шимрод. Несколько подавленный, он молча вышел из ком- наты и продолжил путь по галерее. Не было ни лакеев, ни каких- нибудь других слуг, способных объявить о его прибытии. Арочный выход в конце галереи привел его в зал с настолько высоким сводом, что он терялся в тенях. Ряд узких окон, расположенных высоко вдоль одной из стен, пропускал бледный свет северного неба; освещению придавал некоторую оживленность огонь, горевший в камине. Стены были обшиты дубовыми панелями без украшений. Посреди зала стоял массивный стол. В высоких шкафах у дальней стены содержались книги, редкости и различные предметы малопонятного назначения. Рядом с каминной полкой на серебристой цепи, тянувшейся откуда-то с потолка, висел стеклянный шар, наполненный мерцающей зеленой плазмой; внутри шара скорчился скелет горностая, неподвижно смот- ревший на Шимрода темными глазницами черепа, стиснутого между коленными суставами.

Мурген стоял у стола, глядя в огонь: человек средних лет, пропор- ционально сложенный, без особых примет. Таким он чаще всего пред- почитал выглядеть, в таком обличье ему было удобнее всего. Чародей встретил Шимрода пристальным взглядом и небрежным приветствен- ным жестом.

«Садись! — сказал Мурген. — Рад, что ты пришел. По сути дела, я уже собирался тебя вызвать, чтобы ты разобрался с ночной бабочкой».

Шимрод сел у огня и посмотрел по сторонам: «Я здесь, но не за- мечаю никакой ночной бабочки».

«Она исчезла, — пояснил Мурген. — Как ты нынче проводишь время?»

«Неплохо. Проехался в летний дворец Казмира в Саррисе, а потом в столицу Лионесса в компании принца Друна».

Мурген опустился в соседнее кресло: «Не хочешь ли подкрепить- ся, чего-нибудь выпить?»

«Не отказался бы от бокала вина, чтобы успокоить нервы. Твои сторожевые чудища наводят ужас пуще прежнего. Следовало бы при- казать им вести себя сдержанно».

Чародей безразлично махнул рукой: «Они выполняют свою функ- цию».

«На мой взгляд, слишком ретиво! — возразил Шимрод. — В один прекрасный день, когда твои почетные гости опоздают к ужину, не удивляйся — их окровавленные останки будут разбросаны по двору».

«Я редко принимаю гостей, — сказал Мурген. — Тем не менее, если ты настаиваешь, я посоветую Bycy и Вувасу проявлять бдитель- ность не столь агрессивно».

В зал то ли вошла, то ли влетела босая сильфида с серебряными волосами. У нее в руках был поднос с бутылью синего стекла и парой причудливо искривленных бокалов. Сильфида поставила поднос на стол, украдкой покосившись на Шимрода, и наполнила бокалы темно- красным вином. Один бокал она протянула Шимроду, другой подала Мургену, после чего вылетела из зала так же бесшумно, как появи- лась.

Чародей и его отпрыск молча пригубили вино из прозрачных го- лубых бокалов. Шимрод разглядывал содержимое подвешенного у камина светящегося зеленого шара. Казалось, в глубине глазниц ма- ленького черепа поблескивал интеллект, враждебно отвечавший взглядом на взгляд.

«Он все еще жив?» — поинтересовался Шимрод.

Обернувшись, Мурген посмотрел на мерцающий шар. Черные ис- корки в глазницах словно чуть сместились — теперь они вызывающе встречали взгляд Мургена.

«Возможно, какие-то последние флюиды сущности Тамурелло еще блуждают в замкнутом пространстве — как привкус настойки, если можно так выразиться. А может быть, это всего лишь впечатле- ние, созданное жизненной силой самого зеленого газа».