Джек Вэнс - Мэдук

Друн с сомнением взглянул на Мэдук, занятую беседой с герцогом Сайприсом Скройским и его супругой, герцогиней Парго: «Она не так легкомысленна, как может показаться — и, конечно же, не захочет донести на меня Казмиру».

«Тем не менее, придется ее предупредить, — возразил Шимрод, тоже некоторое время наблюдавший за принцессой. — Она достаточ- но вежливо говорит с этой пожилой парой, несмотря на то, что дрях- лый герцог знаменит несносной болтливостью».

«Подозреваю, что слухи о неспособности принцессы соблюдать приличия существенно преувеличены».

«Похоже на то. Мне она кажется вполне привлекательной — по крайней мере на расстоянии»

«Когда-нибудь мужчина заглянет в глубину ее синих глаз и утонет в беспощадной бездне», — задумчиво сказал Друн.

Наконец герцог и герцогиня Скройские оставили принцессу в по- кое. Мэдук заметила, что ее обсуждают, и скромно сидела, выпрямив- шись на позолоченном троне из слоновой кости в строгом соответст- вии с инструкциями леди Дездеи. Между тем, ей удалось произвести положительное впечатление на герцога Сайприса и леди Парго, в свя- зи с чем те с одобрением отозвались о ней в обществе старых прияте- лей, лорда Ульса из Глайвернских Складов и его осанистой супруги, леди Эльсифьор. «Какие только сплетни не распускают по поводу Мэ- дук! — возмущалась леди Парго. — Рассказывают, что принцесса яз- вительна, как уксус, и огрызается, как дикий зверь. Тогда как я собст- венными глазами убедилась, что все это сплошное преувеличение и злопыхательство!»

«Да-да, представьте себе! — подтвердил герцог Сайприс. — Принцесса — невинное и скромное существо, безобидное, как нежный цветок».

Леди Парго продолжала: «А какие у нее роскошные волосы! Как россыпь яркой меди — поразительно! От кого она такие унаследова- ла?»

«Тем не менее, принцесса худосочна, — указал лорд Улье. — Представительницам прекрасного пола, желающим в полной мере пользоваться своими преимуществами, необходим надлежащий объ- ем».

Герцог Сайприс согласился, но с оговоркой: «Один ученый мавр разработал точную формулу. Я подзабыл цифры: столько-то квадрат- ных дюймов кожи должны соответствовать такому-то росту, измеренному в вершках. В правильной пропорции фигура отличается доста- точной пышностью, но не расплывается и не округляется чрезмерно».

«Разумеется. Не следует, однако, злоупотреблять теорией на прак- тике».

Леди Эльсифьор неодобрительно хмыкнула: «Я не позволю ника- кому мавру измерять площадь моей кожи, даже если у него борода до земли, и не позволю измерять мой рост ладонями, будто я кобыла ка- кая-нибудь!»

«Действительно, разве это не унизительно для нашего достоинст- ва?» — вопросила леди Парго.

Леди Эльсифьор кивнула: «А в том, что касается принцессы, со- мневаюсь, чтобы она когда-нибудь приблизится к мавританскому идеалу. Если бы не приятная физиономия, ее можно было бы принять за мальчика».

«Всему свое время! — успокоительно заявил лорд Улье. — Она еще маленькая».

Герцогиня Парго покосилась на короля Казмира, которого она не- долюбливала: «Тем не менее, ее уже выставляют на продажу. C этим можно было бы и повременить».

«А, все это политические игры! — грубовато-добродушно ото- звался лорд Улье. — Они насаживают наживку на крючок и забрасы- вают в пруд, чтобы посмотреть, какая рыба сегодня клюет».

Герольды протрубили мотив из шести нот, «Recedens Regal». Ко- роль Казмир и королева Соллас поднялись с тронов и удалились из приемного зала, чтобы переодеться к банкету. Мэдук попыталась было скрыться, но Девонета успела ее заметить и позвала: «Принцесса Мэ- дук, куда же вы? Разве вас не будет на банкете?»

Леди Дездея обернулась: «Предусмотрены другие планы. Пойдем- те, ваше высочество! Вам нужно освежиться и переодеться в красивое платье для гулянья в саду».

«Я и так в полном порядке, — проворчала Мэдук. — Нет никакой необходимости переодеваться».

«Ваше мнение в данном случае не имеет значения, так как оно противоречит требованиям королевы».

«А почему она требует от меня всяких бесполезных глупостей? Я только и делаю, что переодеваюсь — в конце концов от этого все мои платья разойдутся по швам».

«У королевы есть самые основательные причины для принятия ее решений. Пойдемте, не упрямьтесь!»

Угрюмо опустив голову, Мэдук позволила снять с себя голубое платье и надела новый костюм — как ей пришлось неохотно признать, он оказался не хуже прежнего: белая блуза, перевязанная у локтей ко- ричневыми лентами, лиф из черного бархата с двойными рядами ма- леньких медных медальонов спереди и длинная плиссированная юбка медно-рыжего оттенка, напоминавшего цвет ее волос, но не столь ин- тенсивного.