Джек Вэнс - Мэдук

Друн сказал: «Принц Кассандр и сэр Камрольс решили развлечь нас акробатическими номерами вместо того, чтобы применять насилие по отношению к принцессе. Я аплодирую их благородному решению — на мой взгляд, этот вопрос решен окончательно».

«Склоняюсь к тому же мнению, — согласился король Одри. — У принцессы явно есть основательная причина для ее сегодняшнего странного поведения. Вероятно, в конце концов она сообщит нам эту причину — не так ли, принцесса?»

«Вполне возможно, ваше величество».

Казмир снова вмешался: «Это какой-то фарс! Мы, суверены вели- ких государств, теряем время зря только потому, что дерзкая полоум- ная девчонка привлекает к себе всеобщее внимание!»

«Нет никакой необходимости терять время, — спокойно возразил Друн. — Пусть совещание начинается».

Король Казмир ударил кулаком по ладони: «Я оскорблен, это не- слыханно! Я не стану принимать участие в совете, пока принц Друн не займет предначертанное ему место!»

Мэдук произнесла ясно и отчетливо: «Вижу, что мне придется объяснить мои действия, а также причину, по которой король Казмир так гневается. Скорее всего, это даже к лучшему — пусть все узнают правду. Так слушайте же! Вот что мне рассказала мать.

Давным-давно король Казмир услышал прорицание Персиллиана, Волшебного Зерцала. Персиллиан предрек, что сын принцессы Сульд- рун займет место Казмира за Круглым столом и будет править, воссе- дая на троне Эвандиге прежде Казмира. Если это предсказание сбудет- ся, королю Казмиру не удастся осуществить свой тайный план — то есть завоевать все Старейшие острова и стать их единственным прави- те л ем.

Долгие годы Казмир не знал имени сына Сульдрун и постоянно беспокоился по этому поводу. Только недавно жрец Умфред раскрыл ему эту тайну: сын принцессы Сульдрун — не кто иной, как принц Друн. C тех пор Казмир придумывал всякие способы сделать так, что- бы предсказание сбылось, но не помешало его планам.

Именно поэтому Казмир предложил созвать совет государей здесь, в Фалу-Файле. Ему нет никакого дела ни до заключения союзов о не- нападении, ни до сотрудничества с другими государствами. Его един- ственная цель состоит в том, чтобы Друн сел на его место за Круглый стол и отдал приказ, сидя на троне Эвандиге — потому что, как только это произойдет, предсказание Персиллиана сбудется, и Казмир сможет убить Друна.

Вчера вечером принц Кассандр убедил Друна сесть на Эвандиг и отдать приказ. Сегодня Друну оставалось только занять место Казмира за Круглым столом, чтобы прорицание исполнилось. После этого его можно безопасно умертвить — скорее всего, сегодня же ночью. Дос- таточно стрелы, выпущенной из-за живой изгороди, или ножа, всаженного в спину за углом темного коридора — и Друна не будет в жи- вых! Кому Казмир собирался поручить это злодеяние? C нами ехали на север из Лионесса четыре всадника — не стану называть их голово- резами и убийцами, чтобы не обвинять их, не располагая уликами, но они не были ни рыцарями, ни стражниками.

Теперь каждый знает то, что знаю я, и понимает, почему я не пус- каю Друна на это место. Причуда ли это? Или вполне обоснованный поступок? Судите сами, а потом приступайте к совещанию».

В Зале героев установилась гробовая тишина.

Наконец король Одри огорченно произнес: «Присутствующие по- трясены, даже несколько сбиты с толку твоими разоблачениями. Мы выслушали необычайные обвинения. К сожалению, им свойственны ясность и последовательность, обычно свидетельствующие о досто- верности. Тем не менее, король Казмир, возможно, способен их опро- вергнуть. Что скажешь, Казмир, король Лионесса?»

«Скажу, что эта тщедушная юродивая лжет самым бессовестным и безответственным образом, демонстрируя полное презрение к истине и даже еще более отвратительное стремление извлекать удовлетворе- ние из чудовищной клеветы, взятой с потолка и высосанной из пальца! По возвращении в Лионесс ей придется долго учиться преимуществам правдивости».

Мэдук издевательски рассмеялась: «Вы что, действительно думае- те, что я юродивая? Я никогда не вернусь в Лионесс!»

«Я действительно думаю, что ты сошла с ума, — осторожно выби- рая слова, ответил Казмир. — Твои выдумки — не что иное, как бред сумасшедшей. Я ничего не знаю ни о Персиллиане, ни о его предска- зании!»

Послышался новый голос: «Лжешь, Казмир! Лжешь, как всегда!» В Зал героев медленно вошел король Эйлас: «Я сам, своими руками, похитил Персиллиана, Волшебное Зерцало, из твоего тайника и спря- тал его под лимонным деревом в саду твоей дочери Сульдрун. Един- ственное, чего я не знал — очередная подлость жреца Умфреда, и без этого уже причинившего невероятные страдания принцессе Сульдрун. Настанет день, когда Умфред заплатит за свои преступления».