Morf - o 39ad338f92c3b1bc

быть точным, поле любого объекта занимает всю вселенную, поскольку вселенная на тонком плане

абсолютно едина. Часто, когда мы видим, как разрушается и движется к гибели старое, мы боимся, не-

навидим и осуждаем его, однако все же пытаемся спасти и улучшить. А оказывается, нужно в первую

очередь открывать душу для нового и активно помогать ему развиваться. Тогда оно постепенно вытеснит

старое и вместо смерти будет развитие.

* * *

Во время отдыха в Крыму мы собрались компанией и начали обсуждать различные темы.

—

Как ваша рыбалка в Сенегале? — спросили меня знакомые.

—

Отлично порыбачил, очень интересная страна, — ответил я.

—

Кстати, говорят, что Африка поголовно поражена СПИДом и скоро вся она вымрет. Вы не

интересовались, как с этим делом в Сенегале?

—

Там ислам и разврата меньше, поэтому со СПИДом полегче, — сказал я. — Мне говорили,

что в соседних странах количество больных СПИДом достигает 40 процентов. Если это только выявленные

случаи, значит, реальная цифра — около 90 процентов.

—

Как вы думаете, когда Африка вымрет?

—

А почему вы уверены, что она обязательно вымрет?

—

Но ведь СПИД — неизлечимое заболевание.

Понимаете, мы привыкли думать, что есть только хорошие и только плохие вещи. Например,

считалось, что микробы — это зло и их воздействие на клетки — однозначно негативное. А потом выяс-

нилось, что клетки перестают развиваться, если их не атакуют микробы. Мы с нашим языческим плос-

костным мышлением пытаемся поделить все на хорошее и плохое. В пандемии СПИДа могут быть и свои

плюсы.

Видя недоуменные взгляды окружающих, я продолжаю:

— Во-первых, в мире все больше фактов самоизлечения от СПИДа, кстати, как и

неподверженности ему. Например, муж и жена живут вместе много лет. Жена заболевает СПИДом и

умирает, а муж совершенно здоров, все анализы у него чистые.

У меня были на приеме люди, инфицированные вирусом СПИДа, и я всегда видел у них закрытое

будущее, поклонение человеческой любви и желаниям. Сексуальная невоздержанность, отсутствие веры в

Бога повреждают иммунитет настолько, что в организме активизируется вирус СПИДа. Проблема в том, что

если человек постоянно нарушает заповеди и утрачивает любовь, то это проникает глубоко в подсознание и

набирает огромную инерцию. А потом все по пословице: «Рад бы в рай, да грехи не пускают».

Христос постоянно говорил о том, что человек, не соблюдающий заповеди, не заботящийся о своей

душе, не сможет выжить, когда усилится приток Божественной энергии. Некоторые пациенты сообщали

мне, что после молитвы и внутренних эмоциональных изменений у них в крови исчезал вирус СПИДа. Если

у человека нет энергии будущего, я всегда видел одну и ту же картину: шизофрения, рак, СПИД. Чем СПИД

отличается от других болезней? Тем, что человек долгие годы носит в себе смертный приговор. Каждую

секунду он понимает, что обречен и может умереть. То есть каждую секунду он выбирает, что для него

важнее — любовь или будущее. Поэтому СПИД можно назвать одним из самых эффективных лекарств для

души. Эта болезнь подталкивает человека к Богу, каждую секунду напоминая, как мимолетны жизнь,

желания и наслаждения.

76

Так что стремительное распространение этой страшной болезни в Африке может привести к ее

расцвету и обновлению. Те, кто выживут, будут иметь внутреннее устремление к Богу гораздо большее, чем

у остальных людей на планете.

—

Кстати, — оживляется один из членов нашей компании, — я недавно общался с летчиками,

которые работали по контракту в одной африканской стране, где исповедуют ислам. Так вот, все, что каса-

ется будущего, сопровождается там фразой; «Если на то будет воля Аллаха». Это выражается одним словом

— «иншалла». Спрашивают у летчика, управляющего авиалайнером: «Когда будете в аэропорту?» Он

отвечает: «Через полтора часа, иншалла». Один человек спрашивает у другого: «Ты когда отдашь мне

долг?» «Через полгода, иншалла». Зарплату там летчики получают по часам налета. И вот наш летчик

говорит своему коллеге: «Припиши себе лишние часы и получишь большую зарплату». А тот: «Нельзя,

Аллах все видит».

—

Правильно, — говорю я. — Нравственный закон обойти невозможно. А административный —

элементарно. Если человек нарушает нравственный закон, то он знает, что наказание будет неотвратимым.