Array Warrax - Princeps Omnium

Правильнее сказать, христианский бог решил устроить фарс: предвечная божественная сущность корчится, изображая смерть на кресте, прекрасно зная, что, сыграв эту комедию, она отправится «домой», к «папочке». Собственно говоря, учитывая то, что сам Христос знал о предстоящем воскрешении, то фраза "Иисус умер за нас" абсолютно эквивалентна "Христос принял снотворного и выспался за нас". И, как ни странно, верующим этого вполне достаточно для объявления его «Спасителем». Стоит ли удивляться, что «искупление» не принесло никакого практического эффекта?

Если сам принцип Сатаны как противника бога христианство одолжило из персидского зороастризма, то его атрибуты и характеристики подхватило из языческой культуры Римской Империи. Образ Дьявола (Сатаны) был переработкой иранского Аримана. А в дьявольское воинство были разжалованы "чужие боги", т. е. боги тех народов, религия которых потерпела поражение в борьбе с иудаизмом.

Действительно, не творением ли Сатаны был пестрый политеизм, который очаровывал и соблазнял души? Юпитер, Меркурий, Венера, Марс и все боги Олимпа не были ли его воплощением, или, по крайней мере, служителями его воли, исполнителями его планов? Жизнерадостная, роскошная культура язычества, процветание искусств, отважная философия, власть богатства и честолюбия, идеалы героизма и гедонизма, беспредельная радость жизни — не его ли все это обманы, не способы ли и орудия его владычества? Римская империя — не царство ли Сатаны? О, конечно! Это Сатану обожают в храмах, это его славословят на публичных празднествах, это Антихрист сидит на троне цезарей. Именно благодаря Нерону, который первым из римских императоров начал гонения на христиан, как раз и возникло то самое засекреченное имя — 666.

Впрочем, неких смутьян (может, и христиан) гонял еще Клавдий. Но на Нероне настаивал тот же Тертуллиан, поэтому эта версия принята за «официальную». Р. Хазарзар, рассматривая эту проблему в своей книге "Сын Человеческий", писал: "До Нерона христианство не подвергалось крупным гонениям со стороны Рима, ибо в глазах столицы империи оно являлось всего лишь одним из течений культа Яхве. Тертуллиан пишет: "Нерон был первым, кто стал преследовать наше учение, когда, покорив весь Восток, стал особенно свирепствовать в Риме. [123] Не будем придираться к плохому знанию Тертуллианом римской истории. Не Нерон покорял восточные провинции. Разве что он пытался это сделать с помощью искусства, когда гастролировал по Греции. Мы хвалимся таким зачинателем гонения, ибо кто же, зная его, не подумает, что Нерон не осудил бы христианства, не будь оно величайшим благом" (Tert.Apol.V.3; Eus.HE.II.25:4)."

Следует отметить, что количество христианских мучеников неимоверно преувеличивалось официальной церковной историографией. См. по этому поводу К.Дешнер, "Криминальная история христианства", т.1: "Серьезные исследователи оценивают число христианских жертв по случаю, не бесспорно, в 3000, в 1500 человек — за все три столетия !..Ориген — чей собственный отец был мучеником и был подвергнут пыткам, — называет число христианских мучеников-подвижников "маленьким и легко исчислимым"." Такое беззастенчивое передергивание основывается на стандартной чел?овеческой черте, о которой писал Ницше:

Мнимые ступени истины. Одно из обычных ошибочных умозаключений состоит в следующем: так как кто-то правдив и искренен в отношении нас, то он говорит правду. Так, дитя верит в суждения своих родителей, христианин — в утверждения основателя церкви. Точно так же не хотят допустить, чтобы все, что люди защищали в прежние века, жертвуя своим счастьем и жизнью, было только заблуждением; вместо этого говорят, что это были ступени истины. Но, в сущности, полагают, что когда человек искренне верил во что-либо, боролся и умер за свою веру, было бы слишком несправедливо , если бы его одушевляло, собственно, только заблуждение. Такое явление представляется противоречащим вечной справедливости; поэтому сердце чувствующего человека всегда утверждает против его головы следующее положение: между моральными действиями и интеллектуальными познаниями всегда должна иметься необходимая связь. К сожалению, дело обстоит иначе: ибо вечной справедливости не существует.