Сэмюель Батлер - Путём всея плоти

Этот документ всегда был для Эрнеста источником беспокойства, ибо дома в него скрупулёзно вникали, а его самого подвергали долгому перекрёстному допросу. Он иногда «подписывался» на всякие учебные надобности, например, портфель или словарь, а потом продавал их, чтобы пополнить свой карманный бюджет и, как я уже говорил, купить либо ноты, либо табак. Такие приписки, как он думал, таили в себе опасность неминуемого разоблачения, и у него каждый раз камень спадал с души, когда перекрёстный допрос заканчивался благополучно. На этот раз Теобальд поднял много шума из незапланированных расходов, но долго задерживаться на них не стал; совсем иначе обстояло дело с успеваемостью, поведением и моральными характеристиками, содержавшимися в табеле. Вот как выглядела страница, где находились эти пункты:

Классические языки и литература:ленив, апатичен, прогресса нет.

Математика:=//=, =//=, =//=.

Богословие:=//=, =//=, =//=.

Поведение на уроках:послушен.

Общее поведение и прилежание:неудовлетворительно в силу крайне низкой пунктуальности и невнимательности к исполнению своих обязанностей.

Наградные по месяцам:1 ш., 6 п., 6 п., 0 п., 6 п. Всего 2 ш. 8 п.

Число наградных баллов:2, 0, 1, 1,0. Всего 4.

Число штрафных баллов:26, 20, 25, 30, 25. Всего 126.

Число чрезвычайных штрафов:9, 6, 10, 12, 11. Всего 48.

Рекомендую поставить количество карманных денег в зависимость от наградных.

Так Эрнест оказался в немилости с самого начала каникул; но вскоре произошло событие, затянувшее его в такие мрачные бездны, по сравнению с которыми все его прошлые грехи стали казаться невинной забавою.

Среди прислуги приходского дома была одна замечательно хорошенькая девушка по имени Эллен. Она происходила из Девоншира, из семьи рыбака, утонувшего, когда она была ещё ребёнком. Мать открыла в деревне, где жил её муж, лавку и кое-как ухитрялась зарабатывать на жизнь. До четырнадцати лет Эллен оставалась с нею, а потом пошла в услужение. Четыре года спустя, когда ей было лет восемнадцать, а на вид, по пышности развития, и все двадцать, её порекомендовали Кристине, которая, прожив к тому времени в Бэттерсби около года, как раз искала горничную.

Как я уже сказал, девушка была замечательно хороша собой — само воплощение совершенного здоровья и добросердечия, с таким безмятежным спокойствием на челе, что едва ли не всякий, видевший её, пленялся ею; казалось, у неё всё всегда идёт хорошо, и всегда будет идти хорошо, и никакие мыслимые стечения обстоятельств не смогут заставить её надолго рассердиться на себя или на других. Она была среднего роста, бела и румяна, с прекрасным разрезом серых глаз и губами полными и умиротворёнными, как у египетского сфинкса. Мне сразу, как только я узнал, что она из Девоншира, показалось, что я вижу в ней отдалённые признаки египетской крови, потому что я слышал когда-то, хотя и не уверен, насколько эти рассказы обоснованы исторически, что египтяне селились на берегах Девоншира и Корнуолла задолго до того, как Британию завоевали римляне. Волосы у неё были тёмно-каштановые, а фигура если в чём-то и не достигала совершенства, то только в том, что несколько, может быть, чересчур дышала здоровьем. Одним словом, это была одна из тех девушек, глядя на которых так и хочется спросить — как это она может оставаться незамужней ещё хоть неделю или даже день.

Её лицо (как, в общем, и все лица, хотя допускаю, что они могут лгать) было точным отражением её нрава. Она была само воплощённое добродушие, и все в доме, даже, думаю, в известном смысле и Теобальд, её любили. Кристина же и вовсе приняла в ней самое сердечное участие и дважды в неделю призывала к себе в столовую и готовила к конфирмации [148] В протестантских церквях — обряд воцерковления, совершаемый в подростковом возрасте. (ибо по какой-то случайности та её не прошла), рассказывая о географии Палестины и о дорогах, по которым ходил апостол Павел в своих долгих странствиях по Малой Азии.

Когда епископ Тредуэлл прибыл-таки в Бэттерсби и провёл там конфирмацию (сбылись мечты Кристины — он ночевал в Бэттерсби, и она устроила в его честь пышный обед и без конца называла его «милордом»), его так поразила красота её лица и скромная манера держаться во время наложения рук, что он спросил о ней Кристину. Услышав в ответ, что Эллен — одна из её служанок, епископ порадовался, как подумала или решила подумать Кристина, тому обстоятельству, что такая хорошенькая девушка смогла найти такое отличное место.