Амадо Эрнандес - Хищные птицы

— Этого и следовало ожидать, — спокойно ответил Андрес. — А что мадам Икс?

— По совету адвоката отказывается что-либо говорить.

— Тоже естественно.

Опять зазвонил телефон. Мадам Икс словно подслушав происходивший в кабинете разговор, предупреждала: если упомянут ее имя, газету привлекут к ответственности за клевету.

— Ну а если мы просто сообщим в газете о вашем звонке и о вашей угрозе или…

Но тут на другом конце провода зазвучал голос адвоката мадам Икс:

— Об этом вам тоже лучше не упоминать…

— Господин мой, — в голосе Андреса послышался металл, — запомните раз и навсегда, что газета «Кампилан» — независимый орган и никто не смеет ей указывать, что печатать, а что нет…

— Ну смотрите, вам виднее, — не то примирительным, не то безразличным тоном сказал адвокат.

Андрес положил телефонную трубку, и Магат пригласил его в свой редакторский кабинет обсудить передовую статью. Закурив, Андрес погрузился в чтение.

«Пятьдесят лет тому назад, 30 октября 1908 года в газете „Эль Ренасимьенто“ появилась редакционная статья под заголовком „Хищные птицы“. Видный американский чиновник из колониальной администрации обвинил газету в клевете и подал на нее в суд. Этот американец оказался замешанным в грандиозном скандале, разразившемся в те дни на Филиппинах. Но суд поддержал иск американца. Газета была закрыта, и все имущество конфисковано. Но редакционную статью вытравить из памяти людей не удалось. И каждый раз, когда мы сталкиваемся с угнетением, насилием, несправедливостью, нам на память приходит эта статья».

— Я слышал об этой статье, но до сих пор все как-то не удавалось ее прочесть, — сказал Андрес, окончив чтение.

— Прошло полвека, но все, о чем рассказывается в ней, можно наблюдать и сейчас. Только хищники стали еще прожорливее.

— Совершенно верно, — согласился Андрес и принялся за чтение той давнишней передовицы, которую они решили поместить в газете в связи с последним скандалом.

В этом мире одни рождаются для того, чтобы есть, другие — чтобы служить для них пищей.

Есть люди, подобные чудовищным хищникам. Один такой субъект забрался высоко в горы Бенгета якобы для того, чтобы изучить племя игоротов.

В действительности же этот хищник присвоил собранное игоротами золото, ссылаясь на законы, которые в каждом случае толковал так, как это ему было удобно. Он наживался на непригодном для употребления мясе; призывая науку, пытался доказать, что рыба в этой стране малопитательна и безвкусна, и ратовал за привозную, и все это с единственной целью — извлечь побольше выгоды.

Этот хищник через подставных лиц скупил по дешевке у трусливых отцов одного города свободные земли, чтобы впоследствии нажить баснословные капиталы на поте и крови филиппинского народа.

Иноземный хищник в образе и подобии человека, стервятник, алчущий чужой плоти, не брезгающий и падалью, напустивший на себя вид всеведущего мудреца, словно вампир пил каплю за каплей кровь своих жертв.

Ныне подобные ему многочисленные хищники торжествуют победу, и пока никто не может остановить их зловещего полета. Одни слишком слабы, чтобы вступить с ними в единоборство, другие поглощены собственными делами, третьи вошли в долю с хищниками и предали родной народ.

Вновь встают в памяти бессмертные слова: «Взвешено, сосчитано, разделено» [58] «Взвешено, сосчитано, разделено» — эти слова, предвещавшие падение древнего Вавилона, якобы были начертаны невидимой рукой на городской стене во время пира вавилонского царя Балтасара (Библия). .

Нет сомнения в том, что наступит день — он не может не наступить, — когда всех этих хищников, пока еще могущественных, покарает рука угнетенного человека, когда восторжествует попранная справедливость.

— Вот это действительно передовица, — восхищенно произнес Андрес, дочитав последние строки.

— Это будет удар нашего «Кампилана» по врагу, — ответил ему Магат.

Несколько дней спустя все газеты сообщили о готовящемся в Конгрессе обсуждении законопроекта о «филиппинизации» розничной торговли. Этот законопроект в первую очередь касался владельцев мелких лавок. В день его обсуждения перед зданием филиппинского Капитолия собралась огромная толпа народа.

Заседание было назначено на девять часов утра. Пробило одиннадцать, а большинство мест в зале сената все еще пустовало. Зато галереи для публики оказались заполнены до отказа. В первых рядах сидели мелкие торговцы, больше всего заинтересованные в принятии нового билля. Хотя все газеты без устали кричали о том, что билль будет поддержан единогласно, все же сердца многих замирали от страха: «А что, как осечка?» Ходили упорные слухи, будто иностранцы — владельцы крупных торговых фирм и Магазинов на архипелаге истратили не один миллион песо, чтобы провалить новый законопроект.