Амадо Эрнандес - Хищные птицы

— Ну вот, в самый раз, — с удовлетворением произнес он.

Однако Пури тотчас же снова сняла кольцо.

— Я не хочу носить его, а то… станут думать, что у меня есть жених. — И, густо покраснев, она сникла в смущении.

— А у вас разве нет жениха? — вырвалось у Мандо.

— Нет, — твердо ответила Пури, и ее щеки покраснели еще больше.

Девушку явно смущал разговор на эту тему, и Мандо хотелось как можно быстрее устранить возникшую неловкость. Когда Пури возвратила кольцо отцу, тот отказался его принять, сказав:

— Оно — твое. Хочешь — носи, не хочешь — спрячь.

— Конечно, вы сами распорядитесь, как поступить с кольцом, — поддержал его Мандо.

Пастор кончил считать банкноты. Их оказалось ровно тысяча песо. Он еще раз бросил взгляд на кольцо, которое Пури в нерешительности перекладывала из руки в руку.

— Откуда у Андоя могли взяться такие деньги и это кольцо?.. Партизаны, я знаю, вели суровую жизнь в горах, а подчас и голодали, не так ли? — В глазах старика на минуту мелькнуло сомнение.

— Ну, когда стали прибывать американские подводные лодки, жизнь полегчала! — пояснил Мандо. — Эти вот банкноты со штампом «Victory» американцы привезли в качестве аванса партизанам за их службу. Что же касается кольца, то Энди получил его в дар от одной семьи, которую ему удалось спасти от преследований японцев.

— Ах, вот оно что. — Взор Пастора снова просветлел, на устах Пури заиграла улыбка. — А сколько может стоить такое кольцо?

— Энди вроде бы говорил, что тем, кто его подарил, оно стоило довольно дорого, тысячи три песо…

— Бог ты мой! Да это же целое состояние! — воскликнул Пастор.

— Тогда и вовсе я не стану его носить, — заявила Пури.

— Ну почему же? — с отчаянием в голосе спросил Мандо.

— В деревне все начнут говорить, что я хвастаюсь. Вы же знаете, как тут любят судачить.

— И к тому же, если хочешь, чтоб тебя не обокрали, лучше никому ничего не показывать. — В Пасторе взяла верх житейская мудрость.

— Руки деревенской девушки приспособлены для черной работы, а не для того, чтобы носить драгоценности, — сурово проговорила Пури.

— А по-моему, наоборот: руки, которые столько работают, достойны самых дорогих украшений, — возразил Мандо.

— Достойны прежде всего хороших денег, — добавил от себя Пастор.

Они уговорили Пури хранить это кольцо как память о своем двоюродном брате, независимо от того, жив он или пропал без вести.

Пастора не покидала тревога о племяннике, и он уже не раз задавал Мандо один и тот же вопрос:

— Что могло с ним случиться? Неужели вам никогда не приходилось о нем что-нибудь слышать после той встречи?

— Мне почему-то кажется, что Энди жив, — уверенно ответил Мандо, стараясь заразить своим оптимизмом и старика, — хотя с тех пор мы больше не встречались, и никаких известий о нем я не получал. Может, он вступил в американскую армию после освобождения… Я бы не удивился, если бы узнал, что его, как и многих других партизан, послали после войны в Америку на выучку.

— Надо уповать на господа, пусть будет он милостив к нашему мальчику.

Разговор незаметно перешел на другую тему, и Мандо, улучив момент, сообщил старику и его дочери, что в самом скором времени, может быть, даже на будущей неделе, едет за границу по делам газеты.

— И надолго? — осведомился Пастор.

— Да, наверное, года на два-на три. Но я буду пристально наблюдать за всем, что происходит здесь, в частности и на вашей асьенде, — заверил он Пастора. — При теперешних средствах связи это не так сложно.

— Здесь дела идут из рук вон плохо, — начал тут же Пастор. — Я-то, по-видимому, не останусь дольше в управляющих. Тут, на другом конце нашего баррио [51] Баррио (исп.) — административный центр волости на Филиппинах; также — деревня. , продается небольшой клочок земли. Я собираюсь его купить, теперь и деньги вот есть, спасибо Андою. Тогда туда и переедем с Пури…

— Это вы хорошо придумали, — согласился Мандо. — Но вы ведь слышали, что говорил доктор Сабио. Университетская корпорация намерена купить асьенду и устроить здесь нечто вроде лаборатории по изучению и улучшению крестьянской жизни, повышению урожайности на здешней земле и тому подобное.

— Да-да, я помню, он рассказывал об этом в прошлый раз.

— Если им удастся купить асьенду Монтеро, то сельское хозяйство здесь будет вестись на наилучшей основе, под руководством ученых Университета. Специалисты — агрономы и агрохимики — будут изучать местные условия. И на основе полученных научных данных будут давать рекомендации крестьянам. Ведь только владеть землей еще недостаточно, нужно уметь с ней обращаться. А то и на собственной земле можно бедствовать. Разве не так?