Пауль Низон - Год любви

Штольц двинулся по дороге, той самой, по какой тогда ночью пришел сюда. Миновал маленький домишко. Из любопытства, вернее, чтобы поставить себе цель, шагнул в палисадник. Постучал, услыхал в ответ чей-то голос. И не успел открыть дверь, как очутился под конвоем двух собак, которые, рыча и скаля клыки, стали по бокам — кусать не кусали, но не позволяли сделать ни шажка. Штольц шевельнуться не смел, стоял как вкопанный и через маленькую переднюю смотрел на человека, что лежал в комнате на диване, благодушно усмехался и наконец свистом отозвал собак, жесткошерстных черно-коричневых терьеров. Хозяин не спеша поднялся с дивана, явно очень довольный собаками. Охотничьи терьеры, сказал он, хорошие собачки, настоящие чертенята, он ходит с ними на кабанов. Хозяин был одет в зеленую куртку с темными лацканами, штаны, застегнутые под коленками, толстые чулки и домашние туфли. Но усмешка у него какая-то неприятная, решил Штольц. Собаки лежали теперь возле дивана и с неослабным вниманием, готовые мгновенно вскочить, наблюдали за ним, фиксируя любое едва уловимое движение.

Вот, рискнул зайти, как сосед к соседу, сказал Штольц. Он сейчас живет у Видмайеров, приехал на время, чтобы в тиши и уединении заняться научной работой.

— Да уж, тишина тут знатная, — сказал зеленый, видимо тот самый старший лесничий, о котором Штольц уже слышал. Он усмехался свысока и многозначительно, и Штольц чувствовал, что этот человек потешается над ним. И веяло от него не только добродушным превосходством этакого силача, не только нажитым за долгую службу чиновничьим деспотизмом и заурядным чванством старожила перед посторонним и начинающим — все это, конечно, тоже присутствовало, но вдобавок в усмешке и манерах лесничего сквозило едва прикрытое презрение ко всему инородному, непохожему, чуть ли не садизм, мелькнуло в голове у Штольца, который старался принять непринужденную позу, но стоял будто пораженный столбняком, так как поневоле непрерывно следил за собаками, ведь по малейшему знаку хозяина они наверняка бросятся на него.

В комнате, где он находился, царила немыслимая чистота, даже фикус и прочие растения выглядели как надраенные, а салфеточки на мягких креслах, клетчатый рисунок обивки, медь и латунь расставленных повсюду кувшинов и вазочек, цвет и узор ковра, вся преувеличенно уютная, красивая и радушная обстановка казались в присутствии этого человека и его злобных собак откровенной издевкой.

— Ну что ж, извините за беспокойство, я, пожалуй, пойду, — сказал Штольц и шагнул было к двери.

Однако лесничий пропустил его слова мимо ушей и спросил, ходил ли он когда-нибудь на охоту. Он снова сел на диван и нагнулся, надевая башмаки с толстой подмёткой, поверх шнуровки которых укрепил толстый язычок. При желании можно попытать удачи на охотничьей вышке. Правда, тут надо запастись терпением, ведь иной раз часами сидишь, а ничего не происходит.

Лесничий вышел с ним в сад, продолжая рассуждать все с тем же покровительственным видом, потом вдруг остановился и устремил пристальный взгляд куда-то за ограду. Без всяких объяснений сходил в дом, принес ружье с оптическим прицелом, вскинул его к плечу и выстрелил.

— Лисица, больная небось, иначе бы не подошла так близко, — пробормотал он.

Штольц ничего не видел, но, пользуясь случаем, попрощался и зашагал прочь. Лесничий затопал в поля, шел вызывающе медленно, самоуверенно, широко расставляя ноги. Издали Штольц заметил, как он поднял что-то вроде шкурки или зверька, перебросил через руку и понес к дому.

Штольц заглянул к хозяйке. Тянул время, после минувшей ночи не спешил пока возвращаться к работе, а на кухне уже вполне освоился. Про лесничего он упоминать не стал, решил как-нибудь при случае расспросить о нем тестя. Зато майор, о котором рассказывали Видмайеры, очень его заинтересовал.

Когда стало вечереть, он уже слонялся во дворе, подкарауливая старика. Как тот вышел из дома, Штольц не заметил, просто вдруг увидел его впереди: майор строптиво вышагивал в сторону леса. Он решительно отталкивался тростью, будто при каждом шаге намечал себе определенную цель. Штольц догнал его и представился.

— А вы нездешний, — сказал майор, как ножом отрезал.

— Верно, — кивнул Штольц и обрисовал обстоятельства, приведшие его сюда.

— На нехватку покоя вам тут сетовать не придется, молодой человек. Тут вообще ничего не происходит. Кроме кабанов, живой души не встретишь. Огоньку не найдется?