Патрик Несс - Больше, чем это

Томаш в испуге что-то кричит по-польски. Перевода не требуется. Реджина резко оборачивается к Водителю.

— Велики! — Вопль Томаша сливается с визгом Реджины.

Девочка хватает Сета за руку, увлекая за собой, но тот, как под гипнозом, смотрит на Водителя, который медленно приподнимается.

И плавно встает.

— Не тормози! — Реджина дергает Сета с такой силой, что чуть на землю не роняет.

И он бежит, то есть в основном старается вовремя переставлять ноги, чтобы не упасть. Томаш уже у велосипедов, но поднять их израненными руками не может. Реджина подбирает велик и практически швыряет Сету. Он машинально ловит руль, Томаш карабкается на багажник, обхватывая Сета перевязанными руками.

Сет в последний раз оглядывается на Водителя.

Тот стоит у фургона, локтем опираясь на помятую дверь. Смотрит на них через безликий визор шлема, бликующий в лунном свете.

В груди зияет огромная дыра.

«Как? — пробивается изумленный вопрос сквозь кутерьму в голове. — Как?!»

Но они уже катят прочь, со всей скоростью, которую способны выжать немеющие ноги Сета. Реджина вылетает с площадки первой, Сет изо всех сил старается не отставать и не свалиться.

— Только не падай, — слышит он мольбу Томаша за спиной. — Не падай, не падай.

Сет сосредоточивает перегруженный мозг на одной-единственной задаче — удержать равновесие. Боль в стиснутых Томашем боках совсем некстати, но Сету все-таки удается вслед за Реджиной обогнуть первый корпус. Напрягая слух, он ловит шум двигателя — тот гудит мерно, не ускоряясь и не нарастая. Похоже, Водитель в погоню не торопится.

«По крайней мере, на грузовике, — поправляет сам себя Сет. — Мало ли, может, он бегает быстро?»

Он сильнее жмет на педали.

Реджина впереди с усилием катит вверх по заросшей бетонной дорожке. «Жми! — приказывает себе Сет. — Вперед, вперед, вперед, крути, крути, крути, ну же, ну же, ну!»

— Молодец, хорошо едешь, — подбадривает его Томаш, словно заглянув в бурлящие мысли.

— Тяжеловато, — признается Сет, давя на педали. Пот заливает глаза. — Выпадаю…

«Выпадаю откуда? — думает он. — Из сознания? Из этого мира?»

Он боится моргнуть и впустить то, что мгновенно возникает под сомкнутыми веками. Даже в открытых глазах постоянно мельтешат призрачные тени, один мир наслаивается на другой; все, кого он когда-то знал и любил, увязываются следом в этой отчаянной гонке…

— Он за нами не едет! — кричит Томаш Реджине.

— Как он еще жив? — откликается она. — Как он вообще взял и встал?

— Броня? — высказывает догадку Томаш, но Реджина качает головой, и Сет понимает, о чем она. Простым бронежилетом или формой тут и не пахнет, это что-то куда более кошмарное. От такой дырищи в груди одеждой не спасешься.

Водитель должен был умереть. Остаться лежать там навсегда.

А он вот взял и поднялся…

Одну за другой они проскакивают бреши в оградах — до самой груды битого кирпича у железной дороги, где еще горит прожектор. Дальше проезда нет, и Реджина, притормозив, перетаскивает велик через осыпавшуюся кирпичную кладку.

Сет с Томашем следуют ее примеру, соскочив на землю. Сет хватает велосипед за раму, вскидывает…

И мир пустеет.

Звуки, шумы, воспоминания, картинки накрывают Сета, словно лавина.

Он вскрикивает придушенно, велосипед выскальзывает из рук, брякается на кирпичи, и колесо сминается «восьмеркой».

— Сет! — в ужасе взвизгивает Томаш, склоняясь над великом. — Может, получится распрямить? Ау?

Он оглядывается на Сета — и умолкает. Потому что Сет застыл, словно статуя, в той же позе, в которой выронил велик.

Он видит Томаша, видит велосипед, видит спешащую к ним Реджину.

Но и всё остальное тоже видит.

Всё.

Ничего с этим не поделать.

Голова переполнена теснящимися образами, с которыми он не в силах совладать, и они парализуют, не давая даже двинуться…

Всё. Там всё.

— Что происходит? — В ушах эхом звенит далекий голос Реджины, словно через три комнаты.

— Его заклинило, — распахнув от изумления глаза, сообщает Томаш.

Реджина подходит к Сету:

— Сет, ты тут? Слышишь меня?

Отголосок ее слов разносится над бескрайним простором событий всей Сетовой жизни, и, пока у него сложится ответ, пройдет слишком много времени, он попросту не успеет объяснить…

Он слишком далеко. Так далеко, что до них теперь не достать…

И тут Реджина берет его за руку.

Сжимает в ладонях, крепко-крепко, но довольно ласково:

— Сет! Где бы ты ни был, ничего страшного. Ты вернешься. То, что с тобой там происходит, в этом твоем мире, происходит не всегда, так будет не всегда. Это не конец. Всегда есть что-то еще. Неважно, где ты и что там видишь, мы по-прежнему здесь, с тобой. Я и Томми.