Рейнбоу Рауэлл - Фанатка

– Если ты выйдешь из-под контроля, – сказала Рен, – я не брошу тебя.

Через несколько месяцев Кэт присвоила эту фразу Саймону в сцене про нестерпимую жажду крови База. Тогда Рен все еще писала вместе с Кэт, а когда дошла до строчки со своими словами, то фыркнула от смеха.

– Когда ты чокнешься, я буду рядом, – сказала сестра. – Но если станешь вампиром, то рассчитывай лишь на себя.

– Какая же ты добрая, – заметила Кэт.

К тому времени отец уже вернулся домой и шел на поправку. ДНК больше не казалась Кэт ловушкой, которая вскоре захлопнется.

– Очевидно, я еще на что-то гожусь, – сказала Рен. – Ты постоянно крадешь мои лучшие фразы.

Вечером в пятницу, перед сном, Кэт думала написать Рен, но не смогла подобрать слов.

Тоскливиус не был мужчиной или монстром. Он был мальчиком.

Саймон подошел ближе, совершая довольно опрометчивый поступок, но он хотел увидеть лицо своего врага. Сила Тоскливиуса окружала его подобно потокам сухого воздуха или горячему песку, подобно ноющей усталости, пронзающей все кости.

Тоскливиус – точнее, мальчик – носил потертые джинсы и замызганную футболку, и спустя несколько секунд Саймон узнал в мальчишке самого себя. Только несколькими годами раньше.

– Прекрати! – крикнул Саймон. – Покажись, трус! Покажи себя!

Мальчик лишь засмеялся.

Отец и Рен приехали домой в один день. В субботу.

Папа твердил о возвращении на работу, хотя под действием лекарств находился в полупьяном, полусонном состоянии. Кэт подумала, продлится ли этот эффект и на выходных. А может, все обойдется без лекарств. Теперь они с Рен дома и приглядят за отцом.

После случившегося Кэт не знала, стоит ли общаться с Рен. Решила, что да – так проще. Но вот делиться с сестрой абсолютно всем она не собиралась и ничего не рассказала ей о Ливае. Как, впрочем, и о Нике. Кэт не хотела, чтобы Рен в свою очередь поведала о своих приключениях с мамой. Наверняка они уже настроили планов на Рождество.

Вначале Рен говорила лишь об учебе. Радовалась сдаче сессии, интересовалась, как дела у Кэт. Она уже купила учебники на следующий семестр. А какие предметы будут у Кэт? Совпадают ли у них какие-нибудь занятия?

В основном Кэт слушала.

– Как думаешь, нужно позвонить бабушке? – спросила Рен.

– Насчет чего?

– Насчет папы.

– Давай подождем, посмотрим, как пойдут дела.

Все их школьные друзья вернулись на Рождество домой. Рен пыталась вытащить Кэт погулять.

– Иди, – говорила она сестре. – Я останусь с папой.

– Но я не могу пойти без тебя. Это будет выглядеть странно.

Школьные друзья действительно удивились бы, увидев Рен без Кэт. Университетские же знакомые – увидев их вместе.

– Кто-то должен остаться с папой, – повторяла Кэт.

– Иди, Кэт, – спустя несколько дней сказал отец, устав от их пререканий. – Вряд ли я слечу с катушек, если буду сидеть здесь и смотреть «Железного шеф-повара».

Иногда Кэт уступала.

Иногда оставалась дома и не ложилась спать до прихода Рен.

Иногда Рен и вовсе не возвращалась домой.

– Не хочу, чтобы ты видела меня с таким ужасным лицом, – объяснила Рен, заявившись как-то домой под утро. – Мне из-за тебя неловко.

– Ах, так это из-за меня, – сказала Кэт. – Чушь какая!

Через неделю отец вышел на работу. И с понедельника занялся утренними пробежками, тогда Кэт поняла, что он не принимает лекарства. Спорт всегда был для него самым эффективным способом прийти в форму, помогал вернуть душевное равновесие.

По утрам Кэт спускалась вниз, едва заслышав писк кофемашины: чтобы проконтролировать отца и проводить на работу.

– Сегодня слишком холодно для пробежки, – как-то утром предупредила она.

Отец передал ей чашку кофе – без кофеина – и принялся завязывать шнурки.

– Я в порядке, – ласково сказал он. – Снова в седле, Кэт.

– В каком еще седле? – Она вздохнула, глядя, как он надевает толстовку «Саус Хай». – Бегаешь? Слишком много работаешь?

– Живу! – чуть громче обычного сказал отец. – Жизнь – мое седло.

Пока он бегал, Кэт готовила завтрак, потом отец ел и уходил на работу, а она заваливалась спать на диване. Через несколько дней это стало рутиной. Рутина благотворно действовала на отца, только нужно было направить его в верное русло.

Кэт опять просыпалась, когда вниз спускалась Рен или же возвращалась домой.

Заявившись домой сегодня утром, сестра незамедлительно поспешила на кухню. Она вернулась в гостиную с чашкой холодного кофе и вилкой, которую облизывала.