Джон Марквэнд - Г. М. Пулэм, эсквайр

— Вечерами, после ужина, за камнями становится холодно, — заметила она. — Сильвия, тебя искала Мери. Гарри, ты пойдешь со мной и поможешь мне нарвать настурций. Тут просто очаровательно, когда садится солнце, не правда ли?

— Да.

— Ты становишься большим мальчиком.

Я молчал, глядя, как Сильвия бежит к дому.

— Надеюсь, ты всегда деликатен с девочками? — продолжала мать. — Девочки — слабые существа, не то что мальчики, а Сильвия к тому же твоя двоюродная сестра. Ты постоянно должен быть деликатен с Сильвией.

— Да, мама.

Я уставился в землю, чувствуя, что мать наблюдает за мной; ни за что на свете я не мог бы в ту минуту взглянуть на нее. Все, что мне хотелось, это умереть.

— Лучше не оставаться с девочками наедине, Гарри. Ты обещаешь мне не оставаться наедине с Сильвией?

— Хорошо.

— Гарри, почему ты такой сердитый?

— Оставьте меня в покое! — крикнул я. — Оставьте меня в покое!

— Гарри, ты вынуждаешь меня обратиться к отцу.

— Оставьте меня в покое! — снова крикнул я. — Только оставьте меня в покое!

Я повернулся и убежал.

Не знаю, обращалась ли она к отцу, но это был самый интимный из всех разговоров о взаимоотношениях полов, которые когда-либо вели со мной родители.

— Ну-с, Гарри, — обычно спрашивал отец, когда мне было лет шестнадцать, — что вы читаете в школе?

Я отвечал ему, что мы читаем «Макбета» или «Мельницу на Флоссе».

— Жаль, что у нас нет возможности встречаться почаще, — сказал он как-то. — В твоем возрасте я видел своего отца значительно больше, потому что каждый вечер возвращался домой. Есть много такого, о чем следовало бы рассказать тебе.

Сам отец представлялся мне чем-то вроде обязательного чтения, чем-то таким, за что вы беретесь только из чувства долга, а потом с удивлением обнаруживаете, что заинтересовались. Он был и «Айвенго», и «Сайлесом Марнером», и «Векфильдским священником» Гольдсмита с примечаниями в конце, и «Записками сэра Роджера де Коверли», и «Жизнью Нельсона» Саути, и «Веселым» Мильтона, и «Принцессой» Теннисона. В каникулярное время он напоминал мне рекомендательные списки для летнего чтения — перечисленные в них книги надо было обязательно прочитать, хотя я знал, что они не отвечают моим интересам. Он совсем не походил на Дюма, или на «Переправу» Уинстона Черчилля, или на романы Роберта У. Чемберса, в которых полуодетые девицы иногда появляются в спальнях героев. Он не соответствовал своему времени и не отличался веселым нравом. В общем, у меня не хватало времени ни для отца, ни для чтения.

Вся моя жизнь была распланирована так тщательно, что я совершенно не мог уделять времени отцу. И я и мои друзья жили по расписанию не только в школе, но и во время каникул. Даже в каникулярные дни мы оставались вне контроля родителей — то занимались парусным спортом под руководством некоего капитана, то отправлялись в загородный клуб, где дважды в неделю обучались игре в теннис и раз в неделю брали уроки игры в гольф. Во время зимних вакаций устраивались танцы. Сейчас мне кажется, что в дни каникул я постоянно или куда-нибудь шел, или собирался идти.

Разумеется, мне и в голову не приходило, чем все это может кончиться. Если бы мне сказали в тот день, когда я впервые встретил Корнелию Мотфорд, что она станет моей женой, я бы рот раскрыл от удивления. С Корнелией мы встретились на «Танцах Брэдбери для младших». Так называлась вторая серия танцевальных вечеров, сопутствовавших человеку от колыбели до порога смерти. Совсем недавно, года два назад, к нам с Корнелией обратились с просьбой внести некоторую сумму на устройство «Вечерних танцев Брэдбери для взрослых». Если бы мы согласились и стали бывать на них, то увидели бы те же самые лица, что и тридцать лет назад, на «Танцах Брэдбери для младших».

— Ты помнишь, как чудесно мы проводили время на «Танцах Брэдбери для младших»? — спросила у меня Кэй.

— Никогда я не видел там ничего чудесного.

— Еще бы! У тебя вечно был надутый вид, а твою физиономию украшали угри — два на лбу и один на подбородке.

Я засмеялся, хотя и понимал, что это не слишком вежливо.

— Я сердился потому, что мне пришлось танцевать с тобой. А что я мог сделать, если уж попался на глаза миссис Прингл? «Разве какой-нибудь милый мальчик не захочет потанцевать с маленькой девочкой Мотфорд? Где же тот милый мальчик? Вот он, этот милый мальчик!» И миссис Прингл сцапала меня.

— Я всегда сама выбирала себе партнеров, — заметила Кэй.