Cap'n Chryssalid - Пси-Эффект

— Ты выстрелила в меня, — повторила Йона, надвигаясь на лежащую азари. — Это была… ошибка, — Она замахнулась ногой и со всей силы впечатала ботинок девчонке в живот, послышался отчётливый хруст. Дева взвыла от боли и пыталась как-то защититься, свернуться клубком.

— Это была большая, мать её, ошибка! — завопила Йона, её ботинок врезался в голову азари, оторвав одно из щупалец. При виде этого удара скривились почти все присутствующие азари — пусть нервов в щупальцах практически и нет, только в коже на них, но любую рану на них уже не вылечить. Останется шрам, и останется на всю жизнь — а жизнь у азари длится очень-очень долго.

— Ты меня слышишь?! — взгляд Йоны был диким и полон жажды убийства. — Ты, мать твою, слышишь меня?! — она пнула девчонку в третий раз, теперь попав в грудь, выбив воздух из лёгких своей жертвы почти без звука. — Последней суке, которая меня хотя бы поцарапала, я отрезала щупальца и украсила ими свою шляпу! Ты тоже так хочешь?! А?! Так я сделаю! Да тут ещё и каждому достанется!

Йона Седерис, упёрлась ногой в лицо избитой девушки с весом всех прожитых ею пятисот шестидесяти восьми циклов. Но это был не пинок. В этот Йона собиралась медленно её раздавить.

Дева, которая была на пятьсот пятьдесят циклов младше неё, сплюнула кровью и закрыла глаза.

— Босс, — прервал её тихий голос, хотя все наёмники из банды Седеис до самого последнего отморозка соблюдали тишину, о которой может лишь мечтать любой библиотекарь. — У вас… кровь идёт, босс.

— Что у меня? — прошипела Йона, оборачиваясь чтобы врезать заговорившему с ней наглецу, когда до неё внезапно дошел смысл слов. Она опустила взгляд на свою правую руку, впервые заметив голубую струйку, текущую из дыры в бронескафандре. — Да что б меня! У меня кровь идёт…

Моргнув, Йона присмотрелась к тому, кто же посмел с ней заговорить.

— Да и у тебя тоже, — заметила Седерис, быстро убирая ботинок с лица той девчонки. Взамен она как следует осмотрела наёмницу, ещё одну азари. Ту, что медленно поднималась с пола.

Ту, что спасла ей жизнь…

— Эта сучка мелкая нас обеих зацепила, — поняла Йона и засмеялась, шлёпнув по кровавому пятну на броне второй азари, пониже правого плеча. Ещё один след попадания был на боку, там где броня остановила пулю, не дав ей пробить лёгкое. Наёмница сморщилась от прикосновения к ране, но как-то сумела улыбнуться.

— Хе-хе, ага, — согласилась она, нервно рассмеявшись. — Да просто царапина! Верно?

— Точно! — Йона похлопала наёмницу уже аккуратней, в этот раз не касаясь ран. Крепко обняв азари за здоровое плечо, Йона улыбнулась и одобрительно кивнула ей. — Точно. Ты. Ты! Ты мне жизнь спасла сейчас, новенькая. Все это слышали, слизняки? — прорычала Йона, окидывая взглядом молчащих и пялящихся на неё наёмников. Они стояли там и тут на этом залитом кровью мостике корабля, наблюдая за происходящим с различной степенью интереса и страха. Йона Седерис хорошо умела нагонять страх.

— Четырёхкратный почёт новенькой! — заместитель Йоны, украшенный шрамами турианец, поднял кулак. — Ха-а!

— Ха-а! — банда подхватила. — Ха-а! Ха-а!

Азари на полу хныкала, пытаясь не тревожить отбитые внутренности.

— Мама, — она плакала, пытаясь дотянуться до другого изрешеченного тела поодаль.

— Какой-то грёбанный бардак, — оценила Йона всю картину, качая головой. Он махнула одному из наёмников, прижимающих к полу избитую в кровь девчонку. — Боч'ча.

— Босс? — батарианец кивнул в ответ.

— Подойди-ка сюда, Боч'ча, — велела Йона, поманив его ближе. Он перешагнул через единственную пленницу в этом рейде и направился к своему боссу. — Боч'ча, — повторила азарийская коммандос, в этот раз уже нетерпеливо. Она махнула другому наёмнику, тот перебросил М-4, едва не лишивший её жизни. Йона подхватила оружие в воздухе, даже не глядя. — Можешь мне кое-что объяснить? Как маленькая девочка, которая в два раза тебя меньше, смогла отобрать у тебя пушку?

— Э-э, — батараинский пират замялся на месте. — Ну-у, она…

— Одного из твоих товарищей могли подстрелить, Боч'ча. Одного из твоих товарищей могли убить, — отчитывала его Седерис, словно терпеливая матрона свою непокорную дочь. — И как же твои товарищи по оружию должны чувствовать себя в подобной ситуации?

— Ужасно, — ответил дрожащий Боч'ча. — И я себя тоже ужасно чувствую. Это не повторится, босс. Клянусь. Клянусь честью своей касты и своей семьи. Это никогда больше не повторится, — он опустил все четыре маленьких красных глаза в пол. Казалось, ещё мгновение, и он упадёт на колени. — Я буду намного осторожнее! Мне нет оправдания! Пожалуйста, не…