Ирина Потанина - Неразгаданная

— Ладно, уже поздно… — Его Жена уже насытилась потоком сплетен, она всегда насыщалась первая, — Пора спать. Пойдем.

И они ушли… Я закурила и задумалась… Вот уже целая вечность, как я находилась здесь… Я Училась. Меня учили есть. Пожирать себеподобных, получая от этого Великое Наслаждение. Монстр питался людьми. Это было его призванием. Когда-то он побеждал на турнирах, справлялся с Величайшими Людоедами Мира — это приносило ему Славу и почет. Потом, он уже не видел себе равных, и ему стало скучно… Но он нашел выход: набрал учеников. Он вкладывал в них все свое мастерство, а потом съедал их, получая удовольствие от борьбы. Наверное, это жестоко. Скоро он съест и меня… Хотя, быть может, мы сможем играть на равных. Может, я не обычная Жаба? Может, я тоже Гений? А вдруг я окажусь сильнее… Пощажу ли я его? Нет. Этого я себе позволить не смогу.

— Ребенок, ты спишь? — я знала, что Монстр придет… Он всегда приходил по ночам, когда Его Жена засыпала.

— Я ждала тебя…

— Кажется, я становлюсь предсказуемым? — он коснулся руки, и чувство покоя перелилось в меня. Мы сидели рядом, держась за руки. Я качала из него силу, он из меня преданность.

— Слушай, — в его глазах загорелся огонек азарта… — А ведь я становлюсь зависим, да? Зависим, значит, уязвим, понимаешь? Я не могу жить без тебя…

Бедный, глупый мой Монстр! Зачем ты опять мучаешь себя, зачем ты ищешь яркие ощущений там, где всё давно уже пусто? Мы с тобой — всего лишь самовнушение, нуждающихся в ярко-трагичной романтике шизофреников.

— Тебе нужны чувства, вот ты и придумываешь их, — здесь я всегда говорю, что думаю.

Эти слова заставили Монстра сосредоточиться на своей сигарете.

— Наверное… Хотя нет… Я тоже раньше так думал… Я не верил в слово Любовь, оно для меня было синонимом слову Игра, и вот, попался…

— Врешь ты все! — я попыталась улыбнуться, но слезы таки затопили щёки..

— Ты чего?

— Ты не поймешь… — отмахнулась по-жабьи бестолково, и в голос уже пошла крыть матом, — Я обычная! Понимаешь? Обычная болотная Жаба! Я хочу иметь семью, рожать детей, хочу ждать мужа с работы…

— Ну, — он усмехнулся, успокаивая, — все это еще у тебя впереди…

— Нет… Я хочу любить своего мужа… Но не смогу. Ты ведь знаешь: до встречи с тобой планка была очень высока, поэтому ничего не трогало меня всерьез… Когда я уйду, когда ты съешь меня, планка будет ровняться по тебе, то есть станет еще выше… Я просто не смогу полюбить… Я люблю тебя…

— Мы не имеем право на счастье… Ты будешь жить, может даже с кем-то, будешь делать его счастливым. Так надо.

— Я знаю.

Воцарилось молчание. Я крепче сжала его руку. Хоть это у меня есть. Я имею полное право держать его за руку…

— Я, наверное, скоро сойду с ума, — он сказал это тихо, и спокойно.

— Почему?

— Ты не вписываешься в мою реальность. Я должен есть. Есть а не Любить…

Его рука коснулась моей щеки, нежные, родные, любимые мои пальцы. Я коснулась их губами.

— Ну и ешь… А может, и я научусь. Будем есть вместе…

— С ума сошла? Если нас объединить в одну упряжку, то мы будем совершенно непобедимы… Это противоестественно, природа подобного не допустит.

— Будем непобедимы, — согласилась я, гася сигарету.

— Знаешь, а может ну их всех, а? Я устал… В этом мире не осталось незнакомого мне вкуса. Я слишком давно живу, я слишком хорошо знаю эту жизнь… Здесь мне скучно. Я последнее время все больше и больше хочу послать их всех к черту, хочу сгребсти тебя в охапку и завалиться спать.

— Стоп, стоп, стоп… Нельзя так. Не заставляй меня цитировать тебя. Весь мир-это огромные часы, каждое существо — отдельное колесико в этом механизме. Оно крутится именно в ту сторону, в которую должно, чтобы механизм работал исправно… Важно лишь понять, что ты за колёсико, и в какую сторону должен вертеться…

— Чего? Я такое говорил? А что, по-твоему, должен делать я?

Я растерялась.

— Есть? — спросила не уверенно, забыв скрыть свои сомнения.

Монстр задумался…

— А ты хоть понимаешь, что подразумевается под словом “есть”?

— Ну, конечно, ты же столько раз объяснял это мне. Это значит разгадывать человека, видеть его насквозь, находить слабые стороны, и управлять им. Пищей легко управлять.

— А зачем это нужно? — Монстр был явно заинтересован.

— Как? Чтобы он, как колесико, крутился в нужную тебе сторону.

— Подожди, а как быть с тем, что съеденный человек перестает быть интересен?

— Он, да. А результаты, действие всего механизма, они интересны по-прежнему…