Джон Гришэм - Покрашенный дом

Позднее, ближе к вечеру, Тэлли подошла ко мне на заднем дворе. Это было в первый раз, когда я увидел, что она зашла сюда, обогнув дом, хотя по мере течения времени Спруилы обнаруживали все больше интереса к окрестностям.

В руке у нее была небольшая сумка. Она была босиком, но переоделась в какое-то тесное платье, которое я видел на ней впервые.

— Люк, ты мне можешь сделать одолжение? — спросила она таким милым тоном, что щеки у меня тут же стали красными. Я и представления не имел, какое одолжение ей от меня нужно, но у меня не было ни малейших сомнений в том, что она его получит.

— Какое? — спросил я, стараясь говорить уверенно.

— Твоя бабушка говорила матери, что у вас тут неподалеку есть речка, где можно искупаться. Знаешь, о чем речь?

— Ага. Сайлерз-Крик. С полмили отсюда, — ответил я, ткнув пальцем в сторону севера.

— А змеи там есть?

Я засмеялся, словно змеи вообще никому не опасны.

— Может, пара ужей и попадется. А так даже щитомордников нету.

— А вода там чистая, не мутная?

— Должно быть, чистая. Дождей ведь с воскресенья не было.

Она оглянулась, словно стремясь убедиться, что нас никто не подслушивает. Потом спросила:

— Пойдешь со мной?

У меня аж сердце замерло и во рту сразу пересохло.

— А зачем? — только и сумел я из себя выдавить.

Она снова улыбнулась и отвела взгляд.

— Ну, не знаю… Чтобы за мной уж точно никто не подглядывал.

А ведь могла бы просто сказать: «Я же не знаю туда дороги» или «Я змей боюсь». Или еще что-нибудь, что угодно, не имеющее отношения к подглядыванию за тем, как она купается.

Но ведь не сказала же!

— Ты что, боишься? — спросил я.

— Может, немножко и боюсь.

Мы пошли по дороге в поле и шли по ней, пока дом и амбар не скрылись из виду, а потом свернули на узкую тропинку, которой мы пользовались только весной, во время сева. Как только мы оказались там, она начала болтать. Я не знал, что ей отвечать, так что для меня было большим облегчением, что она сама знала, как управляться с такой ситуацией.

— Мне очень жаль, что с Хэнком так вышло, — сказала она. — Вечно он нарывается на всякие неприятности!

— Ты драку видела?

— Какую?

— Ну ту, в городе.

— Нет. Жутко было?

— Ага. Прямо бойня. Он их здорово избил, этих ребят… И потом добивал, когда драка уже кончилась.

Она вдруг остановилась. Я тоже. Она подошла вплотную — мы оба тяжело дышали.

— Скажи правду, Люк. Он первым взял эту деревяшку?

Глядя прямо в ее прекрасные глаза, я чуть было не сказал «да», но что-то меня остановило. И я решил уйти от прямого ответа. Он ведь ее брат, и в разгар одной из семейных ссор она может ему высказать все, что я ей скажу. Своя рубашка ближе к телу, как любил повторять Рики. А мне вовсе не хотелось, чтобы Хэнк заимел на меня зуб.

— Там была такая свалка, — сказал я и двинулся дальше.

Она тут же догнала меня, но несколько минут мы шли молча.

— Как ты думаешь, его арестуют? — спросила она наконец.

— Не знаю.

— А дедушка твой как считает?

— Да ни черта я не знаю! — Я-то думал произвести на нее впечатление, использовав кое-что из выражений Рики.

— Люк, не говори так! — сказала она. Никакого впечатления это на нее не произвело.

— Извини. — И мы пошли дальше. — А он еще кого-нибудь раньше убивал? — спросил я.

— Не знаю, — сказала она. — Он однажды ездил на север, — продолжила она, когда мы подошли к речке. — И там у него что-то было, какие-то неприятности. Но мы так и не узнали, что там на самом деле случилось.

Уж я-то был совершенно уверен, что там случились какие-то неприятности, раз там был Хэнк.

Речка Сайлерз-Крик течет вдоль северной границы нашей фермы, а потом, извиваясь, уходит к Сент-Франсис-Ривер. Место ее впадения почти видно с моста. По обоим ее берегам растут деревья, так что летом здесь прохладно и удобно купаться и плавать. Скоро она, правда, пересохнет, совсем уже скоро, да и вообще в ней чаще всего почти нет воды.

Я провел ее по берегу вниз, к каменистой отмели, возле которой было глубже всего.

— Вот оно, это место, — сказал я.

— Тут глубоко? — спросила она, озираясь по сторонам.

Вода была чистая и прозрачная.

— Примерно вот так, — сказал я, показывая себе чуть ниже челюсти.

— А вокруг никого нет, а? — Казалось, она немножко нервничает.

— Нет. Все сидят на ферме.

— Тогда ты ступай и подожди меня там, о'кей?

— О'кей, — ответил я и не двинулся с места.

— Ну давай же, Люк, иди, — сказала она, бросая свою сумку на землю.