Самсон Агаджанян - Опаленные крылья любви

— Лучше не надо. Могут подумать, что я завел любовницу.

— Меня это не волнует. Пусть завидуют, что у тебя такая женщина. Сегодня я на базар ходила. У одного продавца стала виноград покупать, купила, а он замахал руками и говорит: «Разве могу с такой красавицы деньги брать! Для меня счастье, что ты подошла к моему прилавку».

— Так и не взял?

— Нет. Я просто положила их ему на прилавок… Ну что, разрешаешь к тебе приехать?

— Нет. Ты меня можешь там не застать. У меня инспекционная поездка по войскам.

— Жаль, — вздохнула она. — Пошли ужинать.

После отъезда Умара Наташа несколько дней не находила себе места. Одиночество ее угнетало. Однажды ночью она проснулась от того, что ей стало плохо: голова кружилась, во рту было сухо. Она с трудом поднялась с кровати, пошла на кухню, поискала таблетки, но ничего подходящего не нашла и просто выпила воды. Весь день она проболела, Несколько раз тошнило. Вечером к ней заглянула Мария Петровна, увидев болезненное ее лицо, встревоженно спросила:

— Тебе плохо? Что у тебя болит?

— Сама не знаю. Постоянно тошнит.

На лице Марии Петровны появилась улыбка.

— Ты что, не догадываешься? Моя дорогая, ты беременна!

Наташа обессиленно опустилась на диван.

— О Господи, неужели это правда?! — тихо прошептала она.

Мария Петровна села рядом и прижала ее голову к своей груди.

— Ты же хотела ребенка. Теперь надо его выносить.

Наташа с нетерпением ждала возвращения Умара. Она все думала, сказать ему или подождать. После долгих раздумий решила не спешить, так как сама еще сомневалась в своей беременности.

Минут через пять из штаба вышел командир полка полковник Юсупов.

— Товарищ генерал-майор, первый гвардейский десантный полк…

Приняв доклад, Умар неожиданно скомандовал:

— Товарищ полковник, объявляю боевую тревогу. Действуйте!

Полковник посмотрел на часы.

— Товарищ генерал-майор, полк по тревоге подниму минут через двадцать.

Генерал вопросительно посмотрел на него.

— Вы что, не поняли мою команду?

— Понял. Но сейчас личный состав полка совершает намаз.

Умар, не веря своим ушам, молча смотрел на полковника. Позади него группа офицеров с напряжением ждала реакции генерала. Кархмазов, с трудом сдерживая ярость, резко произнес:

— Товарищ полковник, я вам приказываю поднять полк по тревоге!

— Не могу, товарищ генерал. Только после богослужения.

— Полковник, вы в своем уме?

— В своем, товарищ генерал-майор! — дерзко ответил тот.

— Где сейчас находится личный состав?

— В спортзале, товарищ генерал-майор.

Генерал широкими шагами направился в сторону спортзала, за ним офицеры министерства обороны. Низкорослый полковник Юсупов еле успевал за Умаром и, чтобы не отстать от него, порою переходил на бег. Войдя в спортзал, генерал замер. Сотни солдат, стоя на коленях, слушали молитву муллы. В зале стояла гробовая тишина, был только слышен монотонный голос муллы. Генералу стало не по себе. Он решительно направился к мулле, встал рядом с ним. Мулла словно не заметил генерала, продолжал молитву.

— Прошу прекратить! — тихо сказал Умар.

Мулла даже не повернул к нему головы. Умар оглядел десантников и от увиденного похолодел. Перед ним на коленях стояли не военные люди, а стадо послушных баранов. Он понял, что если сейчас даст команду, то солдаты ее не выполнят. Для них в данную минуту главным командиром был не он, а мулла. Это он видел по глазам солдат, которые явно не замечали, что перед ними стоит генерал. Неожиданно, словно наяву, он увидел тех двух старцев, которые из-под палки учили его любить Аллаха. Возникло желание схватить этого тощего муллу за шиворот и выбросить из спортзала, но, с трудом сдерживая себя, он молча направился к выходу. Позади него остались монотонный голос муллы и повторяющие за ним голоса сотни солдат: «Во имя Аллаха милостивого, милосердного!..»

Выйдя из спортзала, Умар угрюмо посмотрел на полковника. Тот, не мигая, уставился на генерала.

— И давно вы, полковник, превратили личный состав полка в послушных баранов?

— О своем личном составе я так не думаю, — вызывающе ответил полковник.

— Тогда позвольте спросить вас, кто они сейчас, ваши солдаты? Разве не стадо баранов? В данную минуту их можно передушить голыми руками.

Полковник Юсупов молчал, сузив глаза. Умар прочитал в них ненависть к себе.

— Кто разрешил вам в полку проводить богослужение?

— С замминистром обороны генерал-лейтенантом Сафаровым согласовано.