Ирвин Шоу - Богач, бедняк

С Пятьдесят пятой улицы они свернули на Пятую авеню. Под навесом храма Сент-Риджиса из нескольких машин такси вышли новобрачные с многочисленной свитой. Невеста — молоденькая, стройная, с белым тюльпаном на груди. Жених — юный лейтенант-пехотинец, без следов шрамов на отлично выбритом, девственном лице, с розовыми, как персик, щечками, без орденских ленточек за боевую кампанию.

— Да благословит вас Бог, дети мои, — громко и торжественно произнес Вилли, когда они проходили мимо.

Невеста — воплощение радости, вся в белом, улыбнувшись, послала им воздушный поцелуй.

— Благодарю вас, сэр, — сказал жених, воздерживаясь от военного приветствия, как это и полагается в подобных случаях.

— Сегодня отличный вечер! Самый хороший для бракосочетания, — сказал Вилли, когда они прошли дальше. — Температура — ниже восьмидесяти, видимость — миллион на миллион — никакой войны в данный момент. Красота!

Вечеринка была где-то в районе между Сентрал-парком и Лексингтоном. Когда они вышли из Сентрал-парка на Пятьдесят пятой улице, из-за угла выскочило такси и пролетело мимо, дальше, по направлению к Лексингтону. В машине сидела Мэри-Джейн. Такси остановилось в самом конце улицы, из него выпорхнула Мэри-Джейн и стремительно вбежала в подъезд пятиэтажного дома.

— Мэри-Джейн, — сказал Вилли. — Ты видела?

— Угу. — Теперь они замедлили шаг и шли не торопясь.

Вилли то и дело поглядывал на Гретхен, словно изучая ее лицо.

— Послушай, у меня возникла идея, — наконец сказал он. — Давай организуем собственную вечеринку.

— Я давно жду такого предложения, — тут же откликнулась Гретхен.

— Я хочу избежать позора перед компанией, спасти свою репутацию, — отрывисто произнес он, словно пролаял. Он, щелкнув каблуками, сделал молодцеватый по-военному поворот. Они пошли обратно по Пятой авеню.

— Все эти ребята начнут приставать к тебе, клянчить номер телефона, и мысль об этом не дает мне покоя, — сказал он.

Гретхен крепко сжала его руку. Она теперь была абсолютно уверена, что он спал с Мэри-Джейн, но от этого ее рукопожатие не стало слабее.

Они зашли в бар отеля «Плаза», в дубовом зале заказали джулеп [26] Джулеп — мятный, освежающий прохладительный безалкогольный или слабоалкогольный напиток, составной частью которого непременно является мята. Рецепт напитка был привезен в Европу из Персии. . Им его принесли в холодных оловянных, покрытых изморозью снаружи кружках.

— Только ради штата Кентукки, — сказал Вилли. Он смешивал различные напитки и ничего не имел против таких смесей: шотландское виски, шампанское, бурбон. — Я против всяких легенд, я подрываю всякие мифы, — с гордостью сказал он.

Выпив виски, они сели на Пятой авеню в автобус, следующий до Даунтауна, заняв места на верхнем этаже. Там над головой не было никакой крыши. Вилли снял свою фуражку заморской армии с двумя серебряными нашивками и офицерским плетеным шнурком. Ветер, усиленный скоростью автобуса, взъерошил ему волосы, и от этого он казался еще моложе. Гретхен сейчас так хотелось притянуть руками его голову к себе, положить себе на грудь, поцеловать его в затылок, но вокруг сидело много пассажиров — она постеснялась и поэтому, взяв у него фуражку, стала поглаживать серебряные полоски и шнурок.

Они вышли из автобуса на Восьмой улице и отыскали свободный столик на тротуаре, в открытом кафе «Бревурт». Вилли заказал мартини.

— Это улучшает аппетит, — объяснил он. — Нужно позаботиться о правильном отделении желудочного сока. Он уже подает знак тревоги. Зажглась красная лампочка.

Сначала бар «Алгонкин», потом «Плаза», вот это кафе «Бревурт», контракт на работу, встреча с капитаном. Как много событий, и все за один день. Все впервые. Сегодня сыплется на нее как из рога изобилия. На обед они заказали дыню, жареного цыпленка и бутылку красного калифорнийского вина из долины Нейп.

— Из чувства патриотизма, — объяснил Вилли. — И еще потому, что мы выиграли войну. — Он сам выпил почти всю бутылку. Но глаза у него оставались такими же ясными, не затуманенными алкоголем, а речь — четкая.

Они больше ни о чем не говорили, просто сидели за столиком и смотрели друг на друга. Если она в самое ближайшее время его не поцелует, то ее отправят в психиатрическую больницу в Бельвью.

После кофе Вилли заказал им по бренди. Сколько же все это должно стоить? — подумала Гретхен. Если учесть сегодняшний ланч и потом всю эту выпивку и еду за целый день, то Вилли наверняка за все пришлось заплатить не меньше полсотни. Когда он рассчитывался с официантом, она спросила: