Таня Валько - Арабская принцесса

– Я не спровоцировала аварию, а это самое главное, – Исра нежно гладит мужа по бледной веснушчатой щеке.

– Каким чудом ты могла это сделать? Ты годы ездишь, и очень осторожно.

В гостиной бунтарок ждут Хамид и Фахад.

– Привет, девушки!

Фатима подходит к своему супругу и без стеснения целует его.

– Держите кулаки?

– Ну, конечно! – он, обрадовавшись, треплет волосы жены.

Хамид с упреком в голосе обращается к своей половинке.

– Ты, Мириам, как всегда, делаешь тайну из ничего. Наверное, не доверяешь мне, вот что!

– Не хотела, чтобы ты нервничал, – признается девушка. – В конце концов, я там только наблюдала.

– Это не имеет значения. Считаются факты, – злится муж.

Чтобы уладить ситуацию, Маха перебивает неприятный обмен репликами:

– Не ссорьтесь! Хотите посмотреть репортаж с места события?

Фатима обнимает молодую женщину:

– Исра! Ты наша героиня!

– Давай, подключу к телевизору, – Фахад, лучший технарь в группе друзей, берет iPhone из рук организатора.

Все рассаживаются в креслах и ждут.

– Ну, ты и нервничала! Вы обмениваетесь комментариями! Девушки, вы супер! – раздаются голоса, так что почти не слышно, что во время поездки говорят бунтарки.

– Могла бы подправить и выложить на YouTube , – вдруг вмешивается двоюродный брат. – Что вы на это скажете?

Все умолкают, потому что ролик для семейного просмотра, на память, а не для всеобщего обозрения.

Маха колеблется, несмотря на то что отваги не занимать:

– Не знаю… Как бы из этого не получилась какая-нибудь более серьезная история.

– Вас бы увидел весь Ближний Восток! – поддерживает Фатима инициативу мужа.

– Скажу больше! Весь мир! – уговаривает Исру саудовец.

– Знаете ли вы, сколько бы у вас появилось сторонниц и сколько женщин двинулось бы за вами в день нашей большой акции? – активистка из Джидды потирает руки.

– Наверняка это была бы неплохая реклама и призыв, – признается Маха. – Но…

– Слушайте! Телевидение и пресса заинтересовались бы этим делом! Это перестало бы быть только местным событием. Нужно так и поступить. – Фахад убежден в целесообразности женского порыва и протеста.

– Исра! Твои подруги из Америки это увидели бы, – Рахман гладит по спине немного испуганную жену. – Люди из Азии, Европы, Америки – весь мир! – выкрикивает он. – Моя жена будет медийным лицом! Ха!

Исра поддерживает запал собравшихся:

– Вы правы. Я ведь ничего плохого не сделала. Вождение машины – это не преступление.

– Ничего такого мы и не говорили, – Маха глубоко задумывается, анализируя озвученное предложение.

Хамид встает, направляясь к выходу:

– Думаю, что ничего страшного в этом нет – высказать свое мнение публично. Каждый человек имеет на это право.

Рахман успокаивает женщин, которые по-прежнему немного боятся:

– Это безопасно, поверьте. Кто и какие может иметь к вам претензии?

– Хорошо! Идем на все! – принимает Маха окончательное решение.

Исра сжимает ее ладони и целует в обе щеки:

– Из проезда по Эр-Рияду делаем международное событие. Sza Allah !

– Sza Allah ! – подхватывают религиозные саудовцы.

В шесть утра Исру и Рахмана будит громкий стук в железные ворота и крики.

– Что случилось? – заспанный мужчина трет глаза. – Может, какая-то авария и нужно кому-то помочь?

Исра лениво потягивается на кровати.

– Посмотри, в чем дело, прошу тебя. Мне не хочется вставать.

– А может, отец вернулся из Дубая?

– И что? Забыл ключи? Или слуги вымерли, или не хотят его впустить в собственный дом? Кстати… где прислуга?

Она подхватывается и вместе с мужем сбегает вниз. Гостиная слабо освещена, прохладна и уютна. Через дверь террасы видно, как садовник подстригает кусты, а два работника чистят бассейн. Из кухни доносятся негромкие голоса и звон кастрюль. Снаружи крики усиливаются. Кто-то уже ломится в тяжелую деревянную входную дверь.

– Полиция! Полиция! Открывайте! – доносится снаружи.

Исра бросает только мимолетный взгляд на мужа и бежит за абаей. Шокированный, Рахман открывает замок ключом, и внутрь вваливаются четыре службиста.

– Исра Мухаммед бинт Курди? – спрашивает старший по рангу, стоя лицом к лицу с женщиной.

– Да, – признается женщина.

– Идешь с нами! – сообщает он.

– Никуда я не пойду с чужими мужчинами! – выкрикивает она в испуге, одновременно делая шаг назад. – Это haram !

В эту минуту, словно в ответ на произнесенные слова, в гостиную входят две крупные бабы в черных чадрах с полностью закрытыми лицами.