В. Строгальщиков - Слой 3

Зачем прилетел Юрий Дмитриевич – было неясно. Притом именно сегодня, срочно, тайно, когда в городе нет ни Вайнберга, ни Слесаренко! Кротов давно уже не верил случайности подобных совпадений, тем паче касательно Юрия Дмитриевича, бывшего журналиста и разведчика, а ныне комбинатора международного масштаба, коих в Москве, правды ради будь сказано, развелось теперь до неприличия.

На тринадцатом километре свернули с дороги налево, на узкую бетонку, и сразу уткнулись в шлагбаум и двух автоматчиков в форме нефтегазовской охраны. По обеим сторонам бетонки не было никакого забора, да он и не требовался – болото стерегло укромность дачи эффективнее любой колючей проволоки. Ближний охранник проверил номера, заглянул в салон автомобиля, посмотрел без выражения в лицо Кротову и махнул рукой.

– Ты зачем Сусоеву себя показал? – вместо приветствия спросил его Юрий Дмитриевич. Был он в джинсах и рубашке с галстуком, тонкий зеленый пиджак валялся на спинке мохнатого кресла.

– Что за вид! – поморщился Кротов. – Джинсы и галстук – приличные люди так не одеваются.

Юрий Дмитриевич стоял в центре просторной светлой комнаты, засунув большие пальцы рук в карманы джинсовых штанов, и топорщил бороду улыбкой. Позади него на мохнатом диване сидел с отсутствующим видом вайнберговский зам по коммерции Андрюша Сигалов, а рядом незабвенный Валерий Павлович, большой кулинар и доктор философии, таинственный сподвижник бородатого, с которым Кротов виделся один лишь раз в конспиративной юриной квартире на Немцова и до конца не понял, кто же он при Юре: советник по идеологии или специалист по вербовке и промыванию мозгов.

Они обнялись с бородатым; Валерий Павлович бодро вскочил и церемонно расшаркался; Андрюша Сигалов ограничился сидячим полупоклоном. Главный нефтегазовский охранник Чемагин, возившийся в дальнем углу с кофеваркой, отдал честь левой рукой. В комнате было свежо и солнечно, пахло дымком из камина и смолистым деревом от новой стеновой обшивки.

– Я спрашиваю: зачем себя показал? Квалификации моих людей не доверяешь?

– Доверяю, – сказал Кротов.

– Тогда в чем же дело? Любопытство обуяло? Давно не видел, как людей допрашивают?

– А я этого никогда не видел.

Кротов уселся в свободное кресло и через плечо посмотрел на Чемагина, тот кивнул: сейчас, почти готово.

– Сусоеву надо было дать четко понять, кто именно интересуется вопросом. Иначе он бы черт-те что подумал и врал бы с испугу напропалую. Вот и пришлось... показаться.

– Я недоволен, – сказал бородатый. – Понимаю, однако недоволен. Нам не нужны осложнения.

– Осложнений не будет.

– Сняли вопрос, – резюмировал Юрий Дмитриевич и прошелся по комнате, поддергивая джинсы за ремень.

– Давайте сразу о главном. У тебя печать с собой? Отлично. Андрюша, передайте Сергею бумаги, пусть бегло ознакомится.

– Бегло? – Кротов откинулся в кресле. – Бегло я не умею.

– Вы почитайте, Сережа, – примирительно сказал Валерий Павлович. – Будут вопросы, мы все объясним.

Сигалов потянулся через валик дивана и уронил на колени Кротову пластиковый конверт с бумагами. Кротов вскрыл клапан, достал бумаги и принялся читать.

Бумаг было две. Первая являлась распечаткой договора между компанией «Севернефтегаз» и акционерным обществом «ИТЭК» о продаже нефти за рубеж в счет платежей городу за недропользование. Кротов посмотрел на дату подписания: конец прошлого месяца. Против фамилии Вайнберга стоял сигаловский росчерк. Кротов не в первый раз читал такие документы и наметанным глазом прошелся по ключевым разделам договора. Ничего сомнительного, если не считать даты и подписи. Он хмыкнул и взял в руки вторую бумагу. Внешне все выглядело пристойно и убедительно: в связи с тяжелым бюджетным положением город просил акционерное общество «ИТЭК», оператора сделки по купле-продаже нефти, произвести форвардную оплату причитающейся городу суммы в рублях по курсу на момент заключения сделки. Даты на обоих документах совпадали, подпись Слесаренко отсутствовала.

– Почему «ИТЭК»? – спросил Кротов. – Раньше мы с ними не работали.

– Ответ прост, – сказал Юрий Дмитриевич. – У них есть деньги, у других их нет.

– И они действительно выплатят городу полную сумму?

– Завтра же, если нынче я передам по факсу подписанный договор. Впрочем, нет, не завтра, а через неделю, по завершении визита дражайшего товарища Слесаренко. Это ведь должно выглядеть как его личная победа, не правда ли? Побывал в столице, нажал на рычаги, дал кому надо в морду, вот город и получил свои денежки. Красивая картина?