Андрей Рубанов - Патриот

Да, заходил в храмы, раз в год примерно. Свечи ставил.

Но Бог – это для него всегда была философская категория. Фокус ума. Идея. Абстракция.

К вере, к церквям, к образам и лампадам это не имело никакого отношения.

Бог никогда ничего не решал, он был фигурой фольклора, чуть более чем общим местом.

Бог, может, и создал наличную реальность, но явно не имел на неё влияния.

В реальности всё определялось не волей Бога, а прямой механической причинно-следственной связью.

– Господу помолимся!

Точные науки исчерпывающе объясняют мир.

Обезьяны, сидя за решётками зоопарков, тыкают волосатыми пальцами в собственных безволосых потомков и кидают в них шкурками бананов.

Обезьяна лучше человека, она – его карикатура , поэтому люди всегда наблюдают за обезьянами с восторгом, смеются и хохочут.

Человек – это голое злое животное.

Ярость, агрессия, решимость и бесстрашие приводят в действие человеческую общность. Наилучшим способом утверждения человеческой правоты является массовое убийство.

Человек обречён рвать на куски ближнего, нет более гнусной твари, убивающей миллионами просто так, за идеи, за власть, за веру.

Царство божие будет построено, но построит его не человек.

Может быть, когда-нибудь, через три или четыре тысячи лет, отдалённейший потомок человека, разумное существо из будущего – войдёт в лучезарные врата. Может быть, будущий человек. Но не нынешний, не это завистливое, злобное племя, вооружённое крылатыми ракетами и технологиями обмана.

– Господу помолимся!

Сильный запах ладана и свечного воска.

Знаев тянет его ноздрями, закрывает глаза.

Это мы знаем тоже. Чтобы привести сознание, нервы, дух человека в особое состояние, нужен особый запах.

Даже самые лучшие, сакральные священные тексты не в силах передать запах. Слова и картинки не передают запаха.

Чтобы почуять Бога, надо прийти в церковь.

Человек в золотом облачении снова загудел проволочным басом нечто убедительное, грозное, и люди вокруг Знаева снова опустились на колени.

Он подчинился общему движению.

Ему нравился аромат технической канифоли.

Серёжа, мальчик из Советского Союза, помнил, как легко мнётся в руках отца сизая оловянная проволока, помнил полупрозрачные, жирного жёлто-коричневого цвета кристаллы канифоли, схожие с янтарём, помнил, как горячее жало паяльника касается этих кристаллов, они звонко шипят и плавятся, и если смотреть совсем пристально, можно увидеть вспышку ярко-фиолетового огня на конце раскалённого острия; щекочет ноздри сладкий аромат, и волшебно вкручивается в воздух тугая струйка дыма; потом стеклянная, изощрённой формы лампа с чрезвычайной хирургической осторожностью вставляется в своё гнездо, при этом отец сужает глаза в щёлочки и не делает ни единого лишнего движения.

Наконец, выключает паяльник и осторожно откладывает на подставку – остывать.

Магнитофон начинал играть. Телевизор начинал работать.

Запах паяльной канифоли для маленького Серёжи означал наведение порядка, восстановленную связь с внешним миром, новости, музыку, включённость в общую жизнь цивилизации.

Сейчас он вдыхал ладан – и понял, что ожидает того же.

– Господу помолимся!!

Тёплый воздух сотен горящих свечей колеблет реальность. К этому составному теплу размноженного огня добавляется мощный ток человеческого дыхания. Общий выдох восходит вертикально, высоко в подкупольное пространство.

Знаев встаёт на колени, кладёт руки на прохладный пол и опускает голову. Прикладывается лбом.

Сотня мужчин и женщин вокруг него, рядом с ним, прижатые друг к другу, делают то же самое.

Он никогда не видел этого Бога.

Но, конечно, всегда верил в его сына, в Иисуса Христа.

Тот был – никакая не умная абстракция, не Бог с большой буквы, а настоящий живой человек, из плоти и крови.

В людей верить проще, чем в идеи.

Да, несомненно, был такой парень, прибитый гвоздями за проповеди, за разговоры. Он существовал обьективно, тут не о чем спорить.

Конечно, лучший его образ создал Иэн Гиллан в рок-опере «Иисус-Христос Супер Стар».

Это не обсуждается.

В конце концов, мы знаем, что не только блюз, но хард-рок прямо вырос из церковных композиций Баха и Генделя, из органной храмовой музыки.

То есть, старые рокеры, опытные зубры гитары – люди, в целом, религиозные.

– Господу помолимся!

Предположим, что Небесный Отец много возился со своими детьми, посылал сигналы и инструкции, являлся во плоти, и множество пророков сообщили нам его волю.