Карлос Фуэнтес - Избранное

Значит, так, сеньор Себальос?... Вот чем пришлось пожертвовать.- Я вас не понимаю...

Ах, не понимает, говорит, что не понимает... Он насмешливо фыркнул... Трудно изменять себе, но придется...- Известно ли вам, юноша, с кем вы разговариваете? Или вам кажется, я сам себя обманываю?

Хайме протянул ему пепельницу... Да, переправились через реку на лошадях, тем утром...-...пытаюсь перед собой оправдаться? Наблюдал, оставаясь в стороне... - Наверное, ваш тесть и другие ваши знакомые... переехали реку тем утром...-...что наше богатство и есть оправдание, что мы потрудились, чтобы его заработать... - наше вознаграждение, не так ли?.. Сын спросил, поедут ли они вместе к морю... - Знаете ли вы, почему я выше всех этих людишек... и держу их в руках?.. - Хайме протянул ему пепельницу; он стряхнул пепел... переехал реку, сняв рубашку... - Да, вы подошли, а я ведь вас не звал... Хайме сощурил глаза и пригубил шампанское... -Разочаровываетесь в своих идеалах?... Она повторяла: «Боже мой, я этого не заслужила», поднося к лицу зеркало и спрашивая себя: неужели сын увидит ее такою, когда вернется?.. - Бедная Каталина... - Нет, я не обманываюсь... они увидят на том берегу все цветы земли, все цветы - да... - Как вам нравится этот вечер?.. «...покрутимся, повертимся, чудесно, ча-ча-ча!..» Пахло бананами. Кокуйя... - Мне все равно... сын пришпорил копя, обернулся и засмеялся... - Моими картинами, моими винами, моей мебелью я владею так

же, как вами... - Вам так кажется? Ты вспоминал свою молодость, глядя на

него и на те места... - Власть хороша сама по себе, об этом нечего говорить, и надо сделать все, чтобы получить ее... но ты не хотел сказать, как много она значила для тебя, чтобы не разжигать его пыла...-...как сделал я, и ваш тесть, и все те, кто танцует в этом зале... тем утром я ждал его с радостью...-...как сделаете и вы, если захотите... - Работать с вами, дон Артемио; на одном из ваших предприятий, если бы вы... поднятая рука сына указывала на восток, туда, где восходит солнце, на залив... - Хм, обычно это делается иначе... лошади неторопливо трусили, раздвигая высокие травы, потряхивая гривами, разбрызгивая пену...-...тесть мне звонит и намекает, что зять... Они посмотрели друг другу в глаза и улыбнулись... - Но вы видите, у меня другие идеалы... в море, в открытое море, туда, куда ринулся Лоренсо, прямо на волны, плещущие вокруг него... - Он видел мир без прикрас, был трезвым человеком...- Вот именно. Точь-в-точь как вы, дон Артемио... Сын спросил тогда, какова земля там, за морем; ведь земля, наверное, всюду одинакова и только море разное... Точь-в-точь как я!.. Он сказал ему, что есть острова...-...боролся за революцию, рисковал своей шкурой, чуть не был расстрелян?.. У моря был вкус горького пива - запах дыни, айвы, земляники... - А?.. - Нет... я... - Через десять дней отходит пароход. Я уже взял билет...- Вы пришли к концу банкета, приятель. Спешите подобрать крошки... - Разве ты не сделал бы то же самое, папа?.. - Сорок лет вверх и вверх, потому что нас осенила ее слава... - Да...-... а вы, юноша? Вы думаете, что это передается по наследству? Что вы сделаете для продления... - Идет эта война. Сейчас, наверное, единственная...- Да...- нашей власти?..- Я поеду туда...- Вы учили нас, как...- Эх, вы пришли поздно, говорю я вам... тем утром я ждал его с радостью...- Пусть другие пытаются обмануть; я никогда не обманывал себя. Поэтому я здесь... переправились через реку на лошадях...-...спешите... насыщайтесь... потому что вам дают... спросил его, поедут ли они вместе к морю...- Какое мне дело... море оберегали низко парящие чайки...- Я умру, смешно подумать... море лениво лизало берег...-...смешно подумать... прямо в волны, бурлившие вокруг него...-...что надо поддерживать жизнь для тех, кто ничего не значит...

Старик склонился к уху Себальоса... море, имеющее вкус горького пива... - Хотите, я открою вам один секрет? Море, пахнущее дыней и гуайявой... Он ткнул указательным пальцем в бокал молодого человека... рыбаки, тащившие сети по песку...- ...подлинную силу рождает мятежный дух...- Верю ли я? Не знаю. Ты привез меня сюда, обучил всему этому...- А в вас... во всех вас... стоя лицом к морю, он растопырил пальцы рук, протянутых к сумрачному небу...- а в вас, молодой человек, уже нет того, что нужно... Он снова стал смотреть в зал.

- Но,- пробормотал Хайме,- могу я все же зайти к вам... на днях?

- Поговорите с Падильей. Спокойной ночи.

Часы пробили три раза. Старик вздохнул и подергал за поводки; задремавшие псы навострили уши и встали. Он с усилием поднялся, опираясь на ручки кресла. Музыка умолкла.

Он пересек гостиную под благодарный шепот гостей, склонявших перед ним головы. Лилия пробралась к нему.- Разрешите...- и взяла негнущуюся руку. Они шли сквозь живой коридор, он - с высоко поднятой головой (Лаура, Лаура), она - с опущенными глазами, искоса поглядывая по сторонам, шли мимо великолепных скульптур, роскошных инкрустаций, золотых и гипсовых статуэток, костяных и черепаховых шкатулок, узорных задвижек и ручек, сундуков с филенками и железными кольцами, скамей из душистой древесины аякауите, старинных стульев, барочных лепных украшений, изогнутых кресельных спинок, многоцветных ростров, медных гвоздей, выделанных шкур, мебели на гнутых ножках, тканных серебром гобеленов, обитых шелком кресел, обтянутых бархатом оттоманок, кубков и амфор, ломберных столиков, потрескавшихся картин; шли по пушистым коврам, под резными балками и хрустальными люстрами.