Виктор Ремизов - Искушение

– Наверное, вы правы. Знаете что, у меня к вам просьба. Я завтра улетаю надолго… довольно надолго. Вы не могли бы выйти на улицу на несколько минут. Я спрошу вас что-то и сейчас же уеду. Можно так? – он положил свою широкую ладонь на белую скатерть стола.

– Хорошо, я выйду, – Катя сунула штопор в передник, взяла бутылку и ушла.

Андрей посидел еще пару минут, сосредоточенно глядя в стол, встал и пошел к выходу. Швейцар открыл дверь, называя его по имени-отчеству. Андрей отлично уже понимал, что его затея не проходит. Эта девушка, как и вчера, вела себя необычно. Она реагировала на него так, что он ничего не понимал, и невольно, будто следуя ее ясной воле, тоже вел себя необычно. Сюда зачем-то приехал, идиот?! – хмурился Андрей, – теперь вот вышел, чтобы сказать ей – что? Дверь сзади открылась, Андрей это услышал и, собираясь внутренне, повернулся. Это была не Катя, у него отпустило, но следом вышла она.

– Давайте пойдем немного, – попросила Катя, застегивая куртку, и, не дожидаясь Андрея, пошла по ступенькам к Тверской.

Андрей догнал ее. На углу Катя остановилась:

– Простите меня, Андрей, мне так неудобно… я… – она подняла глаза на Андрея, опустила их, но потом снова подняла, – я не понимаю, что я сделала?

– Подождите, Катя! – Андрей взял ее за локти. – Ничего не говорите, я сам ничего не понимаю, понятно только, что я вас преследую! – Он прокашлялся и чуть привлек ее к себе, прося взгляда. – У меня нет никаких дурных мыслей по вашему поводу. Я никогда не причиню вам плохого! Я мог бы сказать, что вы мне нравитесь, и это было бы правдой, но даже этого я не могу сказать, потому что… не знаю, – удивился сам себе Андрей и чуть развел крепкие руки. – Но я должен вас спросить. Вы меня простите… вопрос крайне циничный, можно?

Катя напряженно смотрела на него.

– Вы не хотели бы со мной переспать? Сейчас или сегодня вечером. На любых условиях! Может, у вас есть какие-то проблемы, или вам нужны деньги? Любые деньги за один вечер! – Он смотрел на нее чуть набычившись. Он выглядел некрасиво. Даже бархатистый басок засипел вдруг старчески.

Катя закачала головой, ее смуглые щеки побурели от прихлынувшей крови стыда, она с удивлением подняла глаза на Андрея.

– Все, не буду больше… простите! – он смотрел на нее в упор. – Я должен был это спросить. Мне жаль. Я вас не обидел? – он пытался поймать ее руки.

– Ну, пожалуйста… – Катя, не слушая его, быстро пошла обратно к ресторану. Андрей раскланялся картинно пустому уже месту, чуть постоял, склонив голову и сел в поджидавший его «Майбах».

Несколько дней перед своим днем рождения Настя ночевала дома. На работу не ходила, убиралась, готовила еду, купила небольшой телевизор на кухню, и он целыми днями не выключался: пел, плясал и разил врагов. Катя всю неделю работала без выходных, приходила поздно, а уходила с утра, когда Настя еще спала, и девчонки общались мало. В пятницу, накануне, Катя вернулась с работы в девять вечера и они пошли в ближайшее кафе.

– Есть будешь? – спросила Настя, листая меню.

– Давай… пиццу, «Маргариту»… – Катя смотрела в меню. – Или… нет, ничего не хочу, только чай, может быть?

– Ты что, не поела у себя?

– В обед что-то ела, я во время работы не хочу… – Катя улыбалась. – Мы сегодня ровно полтора месяца, как в Москве.

– Да? Точно, слушай! Надо винца тяпнуть по этому поводу?

Катя замялась, потом кивнула согласно.

Через час они оживленно трепались, разгоряченные вином – Настя заказала себе уже третий бокал. Катя рассказала про день рождения Андрея и даже про то, что он приезжал. Не сказала только о его последнем предложении.

– И чего же ты? – не понимала Настя, – Он что, тебе совсем-совсем не нравится?

– Не знаю. Он интересный, конечно… – Катя думала о чем-то, но вслух не говорила.

– А с тобой он как? – допытывалась Настя.

– Очень простой, такой… обычный парень.

– Ну да, парень, он тебе в папаши сойдет. – Скривилась Настя. – Нет, подруга, тут надо действовать, а если симпатичный да не старый… чего и думать – потом понравится, привыкнешь. Снимет тебе квартиру, приоденет, сама же говоришь, какая у него дача. Им ничего это не стоит. Ему с тобой хорошо, и тебе хорошо! Может, так и отца вылечишь, чего тут мозг напрягать? Что ты смотришь? Думаешь, через год дороже будешь стоить?

– Я и сама про отца подумала, – наклонилась Катя и заговорила тише, – ей-Богу, прямо так и представила, что прошу у него денег! Ух, так стыдно! – Катя закрыла лицо руками.