Виктор Ремизов - Искушение

А вот удивительная официантка Катя, которую он совершенно не знал, давала странные надежды. Ему хотелось с ней побыть. Просто побыть и все! Он вспоминал сцену в темной беседке, она, собственно, была коротка и целомудренна, и ужасно глупа. У нее чувственные губы, – подумал Андрей и поцеловал их бережно. Ему и хотелось этого, и почему-то тут же жгуче ощущал пошлоту и нелепость этих своих желаний.

Чем меньше оставалось в бутылке, тем выше забиралось мутноватое безответственное настроение. Он нашел тему из вчерашнего вечера, которая была ему приятна. Фантазировал расслабленно. И чувствовал, что ей, этой крепенькой Кате, тоже хорошо с ним. В этих фантазиях как будто и не было близости, но были хорошие… просто хорошие отношения. Настолько хорошие, что думать о них было приятно. Не обидел ли я ее вчера? – возникал временами вопрос. Он не мог этого понять, пытался представить себе ее лицо… и не мог! Только общее милое и манящее ощущение.

Андрей посмотрел на часы, допил бутылку и поехал в центр. Если ее не будет на работе, найду обязательно, адрес узнаю. Времени был всего один день. Если не увижу ее сегодня, то на Маврикии забуду о ней. А этого не хотелось.

Андрей зашел в ресторан, кивнул дружески, жестом отказался от помощи Мананы, она сегодня была за старшую, стоял и искал глазами Катю.

– Ваш столик свободен, Андрей Михайлович…

И тут он заметил Катю, она тоже увидела его издали, застыла на секунду и склонилась к клиенту. Андрей двинулся к свободному столику недалеко от нее. Он с неприятным удивлением чувствовал, как у него заколотилось сердце. И в ногах похолодело. Возле столика возник Богдан Шапкин:

– Добрый день, Андрей Михайлович, забы-ы-ыли нас! – как всегда чуть манерно склонился в приветствии Богдан.

– Это ваш столик, Богдан? – недовольно спросил Андрей.

– Всегда! Вы раньше там обедали…

– А-а-а… – нахмурился на него Андрей, – погодите пока…

Катя опять ушла, даже не обернувшись на него.

– Послушайте, Богдан… я хочу вот к этой девушке. Пересадите меня. – Он положил Богдану пятьсот рублей. – И забудьте все. Не берите в голову.

Богдан признательно и понимающе улыбнулся, ловко смял деньги в кулаке и пересадил Андрея за соседний столик. Приборы поправил. Справа у окна ел парень и что-то читал в ай-фоне, впереди, через свободный столик, болтали две молодые девушки. Кати не было. Андрей чувствовал, что волнуется все сильнее, по дороге он пытался построить первую фразу. Легкую, приятельскую, но, кроме «Катя, здрасьте!» сказать было нечего. Он ничего не знал о ней, а напоминать про вчерашний вечер совсем не стоило, она вчера работала на него. Нет, про вчера не надо… – судорожно соображал Андрей, поглядывая в сторону кухни, куда ушла Катя. Можно ей про Маврикий рассказать, – издевалась хмельная голова, – сказать, что завтра уезжаешь и времени совсем мало! И даже предлагала просто взять ее за руку и посадить рядом.

– Здравствуйте! – Над ним стояла Катя и улыбалась. Ничего не было на ее лице, кроме простой, спокойной улыбки. Никаких намеков, никакого вчерашнего вечера и темной беседки. Улыбалась, как хорошему знакомому.

– Хо! – удивился Андрей, что не заметил ее. – Здрасьте, Катя! – он даже попытался встать, но одумался и остался сидеть, глядя на нее снизу вверх. – Я вот приехал… уезжаю завтра и приехал на вас посмотреть! – вдруг выпалил он всю правду осипшим с похмелья голосом. И даже обрадовался этому. – Вы знаете, что… дайте мне бутылку «Шабли»… любую.

Катя как будто не удивилась ничему, согласно кивнула головой и пошла к буфету, но вдруг вернулась:

– Вы обедать будете? – она внимательно на него смотрела, как будто хотела сказать что-то еще, но не решалась.

– Не уходите, Катя… Нет, принесите вино… да! – Андрей вел себя странно, торопился и даже злился на всех, кто был сейчас в ресторане.

Когда она вернулась с бутылкой и ведерком со льдом, Андрей махнул рукой на ведерко, и, потянувшись к ней, понизив голос, сказал:

– Мне очень неудобно вас просить. Я предпочел бы, чтобы я ухаживал за вами. Ходил бы вам за вином, наливал бы… мне это было бы приятно.

Андрей сидел прямо, опершись на локти и подавшись к Кате. Бодрость его была слишком легкая, нервная. Катя слушала его с запотевшей бутылкой и штопором в руках. Одна из девиц с соседнего столика поманила Катю. Она кивнула, Андрей тоже глянул на девицу и сморщился.

– Вы уверены, что вам еще нужно вина? – спросила Катя негромко, нагнувшись к Андрею.