Виктор Ремизов - Искушение

– Что ты все собираешь? – Мурад аккуратно разливал кофе в чашечки.

– Что я собираю? Ты вот… Моцарта слушаешь?! А у нее – каждое утро!

Мурад сел за стол, подвинул к себе кофе, затянулся сигаретой:

– Тебе просто хочется, чтобы твоей сестре целку сломали! Вот и все! Вы все бабы такие! Не любите чистеньких девочек! А мы любим!

Настя размешала сахар, машинально сделала глоток:

– А можно посмотреть, как Октай на нее полезет? – на ее лице появилась едва заметная улыбка.

Мурад вытаращил глаза, задумался, потом отрицательно качнул головой.

– Я не знал, что ты такая авантюристка! – Он отпил маленький глоток, настороженно изучая свою подругу. – Короче – сама все сделаешь! Окей?! Если хочешь – все бабки твои!

Гости съезжались. Выложенная белым итальянским камнем дорога от ворот и просторная красивая площадка перед гаражом заполнялись автомобилями. Сверкающие «Порше», «Мерседесы», «Крузеры». Были машины и попроще, «Жигулей» не было.

День рождения, сорок лет, отмечал Андрей Каменев, богач и владелец российской сети отелей «Золотое кольцо», близкий товарищ хозяина «Мукузани». Поэтому кейтеринг был «свой». Официанты в праздничных красных и белых черкесках накрывали столы в двух огромных светлых шатрах с большими прозрачными стенами. Все было дорого, все блестело и сверкало. Серебряные приборы, тонкое стекло бокалов, крахмальные скатерти, живые цветы на столиках. Чуть в стороне, но на виду, так, чтобы каждый мог подойти, за длинным мангалом стоял невозмутимый Гоча Гогуа и сам разводил огонь. Он и несколько его помощников были в черных униформах, с черными банданами на головах и в длинных, до самой земли, черных же передниках.

Подмосковная усадьба Каменева была просторной, больше трех гектаров. Она делилась на две части. На одной был старый, естественный, но хорошо вычищенный сосновый лес с тропинками для прогулок, с лавочками и беседками на лесных полянках. Другая же ее часть была идеально ухоженным открытым парком, разработанным дорогим ландшафтным дизайнером. По низко выстриженному газону то тут, то там, кучками и по одному росли редкие виды деревьев и кустарников, стояли замысловатые статуи. Извилистые дорожки пересекали это умело организованное зеленое пространство в разных направлениях: вели от главного дома к дому прислуги и гаражу, к теннисному корту и небольшому футбольному полю с гандбольными воротами. Все эти сооружения были так хорошо вписаны и устроены, что их как будто и не видно было, и казалось, что это просто такой оригинальный прозрачный парк. В дальнем от входа углу, на границе леса и парка возвышался большой дом современного дизайна из стекла и дерева.

Холмистую крышу, спускавшуюся почти до земли, держали сложногнутые массивы дерева. Сквозь огромные окна были видны внутренние пространства. Это не было похоже на жилье, но было красиво само по себе.

Гости, выходившие из машин, обязательно рассматривали дом и парк, кто-то восхищенно, а кто-то снисходительно поглядывая – вроде «это вот и есть знаменитый английский архитектор, денег Андрюше девать некуда…».

Сегодня у Андрея были все: партнеры по бизнесу, сослуживцы, институтские и школьные друзья. Ожидалось человек сорок-пятьдесят.

Андрей зашел на кухню. Она была просторна пропорционально дому, а лучше сказать, фантазиям хозяина – с потолками восьмиметровой высоты. И, как и весь дом, скорее была похожа на межпланетную станцию, где должны были жить люди большого размера. Одна сторона кухни была целиком стеклянная, к ней вплотную подходил лес. В центре сверкал специальный металлический стол, с разными мойками и разделками, размером чуть меньше, чем в ресторане «Мукузани», по стенам – в два этажа разной техники, которую не то что домработница-филиппинка Мери, а и жена Андрея, Светлана, хорошая хозяйка, не всю умела использовать.

В кухню входили и выходили официанты, помощники шеф-повара в черных одеждах стучали ножами. Скромная и смуглая, нарядно одетая Мери тихо сидела в дальнем уголке и не без страха смотрела на всю эту чехарду в обычно тихом доме, где жили всего два человека.

Андрей открыл прозрачный винный шкаф с красным вином, приподнял бровь, выбирая, и тут, совсем рядом, рукой достать, увидел Катю, вернее ее красиво изогнутую спину. Катя разбирала привезенные продукты.

– Здрасти! – Голос у Андрея был уверенный, басистый, с приятной хрипотцой.

Поздоровался не из вежливости, а просто так, из веселого любопытства, чтобы увидеть хозяйку этой милой крепенькой спины и тонкой талии с завязанным сзади бордовым бантиком передника. Он взял с полки две бутылки.