Арина Теплова - Птичка

– Аглая, Вы слышите меня? – тихо спросил Дмитрий. Но она смотрела сквозь него, словно не видя. Он долго внимательно всматривался в ее большие прелестные недвижимые глаза, и все больше мрачнел. Он знал, что иногда у людей при сильном потрясении бывает молчаливый шок, и они как будто цепенеют. Это не нравилось ему, и он понял, что надо, что-то предпринять, чтобы вытащить молодую женщину из этого состояния.

Дмитрий приблизил свое лицо вплотную к ее личику. Его губы, осторожно прикоснулись к губкам Глаши, а его ладони нежно обхватили ее лицо. Он начал целовать ее, легкими ласковыми поцелуями, перемещаясь то на щеки, то на нос, то на ее глаза. Лишь спустя минуту она словно очнулась и попыталась оттолкнуть Дмитрия.

– Что? – прошептала она глухо. – Зачем Вы делаете это?

Дмитрий чуть отстранился, обрадовавшись, что смог вырвать ее из этого странного ледяного оцепенения.

– Николаша, – прошептала она с горечью, и ее глаза увлажнились. Дмитрий видя, что она, наконец, отходит от первого шока, взял ее ручки в свои и, ласково смотря в ее темные глаза, произнес:

– Поплачьте, Вам станет легче.

Она удивленно посмотрела на него. Ее глаза увлажнились сильнее и уже спустя миг по ее щеками хлынули обильные прозрачные слезы. Она плакала долго, беззвучно, тихо. Дмитрий сидел рядом с ней на маленькой банкетке у ее ног, не спуская с ее личика тревожного нежного взгляда. Прошло около часа, и все это время Скарятин находился рядом с ней, и лишь беззвучно смотрел на нее, лаская молодую женщину взглядом. Хмурясь, молодой человек размышлял о том, как сказать Глаше, что она должна уехать вместе с ним. Время давило на него. Он должен был покинуть фамильный особняк уже вечером. Ибо еще по дороге сюда он был вынужден ехать в объезд из-за военных действий, и оттого потерял два дня в пути. И теперь у него было времени впритык лишь на обратную дорогу. Он прекрасно знал, что опоздание из увольнения во время войны каралось смертью.

Лишь спустя час, Аглая как будто пришла в себя. Она повернула лицо к Дмитрию и хрипло тихо спросила:

– Что Вы еще знаете о Николае?

– Ровным счетом ничего, – пожал плечами Дмитрий. – Осада Варны была около двух месяцев. Наш корабль был в море, у ее берегов, я не имел возможности выйти на сушу. Корпус Николая тоже был там, я знал это. Только после капитуляции турков, я смог прорваться в город. Однако едва я увидел его командира, он сообщил мне о его смерти. – Дмитрий замолчал. Он видел, что Аглая неотрывно внимательно смотрит на него блестящими влажными глазами, словно впитывает каждый его звук, каждое его слово. – При очередной попытке штурма, Николай был одним из первых. Турки открыли огонь. Одно из пушечных ядер разорвалось рядом с ним. Нашли лишь его останки. Он похоронен в братской могиле на Балканах.

После последних его слов взгляд Глаши дрогнул, и она уткнула личико в ладони.

– Как же мне жить без него? – прошептала она тихо, как бы сама себе.

– Николая не вернуть, Вы должны жить дальше, Глаша, – произнес Дмитрий, пытаясь осторожно начать тему, которая волновала его в данный момент.

Она бросила на него острый взгляд и нахмурилась.

– Николай любил меня, и я любила его всем сердцем, – произнесла горько Аглая. – Но Вам этого не понять.

– Отчего же не понять? – с горечью заметил Дмитрий и помрачнел. Она внимательно трагично посмотрела на него.

– Когда то я любила Вас…, – она замолчала и прикрыла уставшие глаза. Дмитрий с надеждой смотрел на нее, пытаясь прочесть по взволнованным чертам ее лица, о чем она думает. – Но теперь это все в прошлом…

– Если бы Вы захотели, мы могли бы все вернуть, – с горячностью воскликнул Дмитрий, схватив в порыве ее тонкие руки в свои широкие ладони. Она открыла глаза и внимательно посмотрела в его потемневшие взволнованные голубые глаза.

– Прошлого не вернуть. Мой Николаша, он ушел. Теперь мне незачем жить. Он так любил меня… – повторила она словно безумная. Она резко высвободила свои ручки из его ладоней, и встала с кресла, не понимая, отчего этот гнусный невозможный человек, сидит рядом с ней и как будто пытается ее утешить. Она чуть отошла от него к окну, повернувшись к нему спиной.

Дмитрий стремительно вскочил на ноги и, приблизившись к Аглае сзади, кусая губы, прошептал:

– Глашенька, мы могли бы снова быть вместе, – он порывисто обхватил ладонями ее плечи и сжал их. В следующий миг она резко высвободилась из его рук и обернулась к нему.

– Что Вам надо от меня? Вы хотите снова заставить меня страдать? – прошептала Глаша, испепеляя его взглядом.