Александр Сегень - Эолова Арфа

— Друзья, как вам не стыдно! — пытался вмешаться Кочарян, но от него отмахивались: не мешай кусать!

— Да идите вы в звезду! — взвился потомок богов, готовый дать в рыло каждому, кто подсунется ближе, чем на расстояние короткого в челюсть. — Левон, Инна, я вас очень люблю, и многих других, но уж извините, на Большой Каретный мы больше ни ногой!

— Вот и проваливай! Беги на Лубяночку! — гавкнул Аксенов, и на другой день утром Эол Федорович разглядывал фингал под глазом и разбитую губу:

— Хорошо дерется, сволочь. Но я ему врезал. Ты видела? Думаю, он сейчас точно так же на себя в зеркало любуется.

— А я говорила, не надо больше ходить на этот Дурной Каретный, там какая-то стала атмосфера нездоровая. Мне лично слово «диссидент» не нравится.

— Там нет диссидентов.

— Там они время от времени попадаются. Твой вчерашний соперник по дуэли — типичный диссидент.

— Это ясно. Как ясно и то, что завтра на премьеру «Мертвого сезона» не идем. У нас у самих мертвый сезон наступает. И до моего дня рождения вся эта косметика тоже не пройдет.

Бог с ним, с днем рождения, а вот как идти на очередное вручение? В тот же день, когда он с любовью разглядывал себя в зеркале, пришла еще одна радостная новость — премия братьев Васильевых.

— Ёлкин-Палкин! Очередной зигзаг удачи! — воскликнул Незримов, памятуя о приглашении его и Арфы на премьеру новой комедии Рязанова с таким названием. Радость, охватившая его после приятного телефонного звонка, мгновенно сменилась тревогой: уж слишком звонко посыпались на него эти зигзаги, не к добру, за все ведь придется отчитываться, и очередной приступ тошноты подкатил к горлу. Что за хрень? И впрямь должно бы Арфу тошнить, а она все никак, и время от времени тошнит его, а не ее.

В газетах:

«Государственная премия РСФСР имени братьев Васильевых за 1968 год присуждается:

1. Незримов Эол Федорович, режиссер; Ньегес Александр Хорхевич, автор сценария; Касаткин Виктор Станиславович, оператор; Жжёнов Георгий Степанович, исполнитель роли хирурга Григория Шилова, — за художественный фильм “Голод” (1968) производства киностудии “Мосфильм”...»

Вторую получал режиссер Левицкий за научно-популярные историко-революционные фильмы, в том числе и о Ленине, третью — Гунар Цилинский за роль разведчика Николая Кузнецова в фильме Виктора Георгиева «Сильные духом», где, кстати, тоже Вика Федорова в главной роли снималась, которая у него в «Голоде» певица Роза. Вот незадача — два фильма получили премию, а ей ни от одного не перепало!

Удивительно, премию братьев Васильевых, создателей легендарного и обросшего анекдотами «Чапаева», учредили лишь в позапрошлом году, по три штуки в год. Первыми получили Ромм и его команда за «Девять дней одного года», Столпер и Симонов за «Живые и мертвые» и Тяпкин и Фрадкин за научпоп о Ленине. В прошлом году — Вася Шукшин со товарищи за «Ваш сын и брат», Ефим Учитель за документалку и еще пятеро гавриков за научпоп «В глубины живого». А в этом году — он, Незримов, со своими Ньегесом, Касаткиным и Жжёновым! В это просто не верилось.

— Здрасьте, не верится ему! А я тебе говорила, что, как только ты на мне женишься, на тебя посыплется из Корнукопии.

— Откуда?

— Темнота! Рог изобилия. По-латыни «Корнукопия».

— Слушай ты, Корнукопия, иди-ка сюда. Иди-ка, иди-ка. Сыпани-ка мне детишку из своего изобилия!

Она по-прежнему возбуждала его своим голосом — и когда сообщала что-то умным тоном, и когда баловалась, и когда таинственно стонала под его ласками, делая бога ветра неистовым, бешеным, звериным.

И он никогда в жизни не посмел бы поведать об этом кому бы то ни было, даже Господу Богу, в которого убежденно не верил. И гордился тем, что Его нет, так, будто в том была его собственная заслуга.

— Но что же мы будем делать с твоими украшениями? Ведь вручение через пять дней!

Волшебник Фельдман совершил чудо: так загримировал потомка богов, что и сам Посейдон не разглядел бы. И лишь во время банкета в Доме кино на Васильевской улице, когда все больше разглядывали два золотых профиля на лацкане незримовского пиджака, чем лицо лауреата, грим пообносился, и Шукшин обратил внимание:

— Это кто тебя? Меньшевики или эсеры?

— Нашлись контрики, — ответил свежеиспеченный лауреат. — Но не безответно. Им никакой грим не поможет.

— Это ты молодец. И женулька у тебя все хорошеет. Когда?

— Всему свое время.

— Не затягивайте. Хотя она у тебя еще молоденькая, успеет. Институт-то окончила, Марфа Посадница?