Самуил Ходоров - Русский акцент

– Происходит, Боря, то, – вступил в беседу Юрий Эпштейн, – что мы, неважно, геодезисты, математики, доктора или сантехники, были рассеяны в различных уголках не только Советского Союза, а и всего мира. При этом именно мы, евреи, постоянно подвергались преследованиям и гонениям. Сегодня нас никто не притесняет, а гонит нас только свежий ветерок, дующий с Хермона, гонит, чтобы закончить наш геодезический гимн:

– Ты знаешь, Юра, – неожиданно воскликнул Миша Фельдман, – тему гонений и притеснений евреев отлично описал в своей незабвенной формуле ещё Альберт Эйнштейн.

– Что это ещё за формула, которой я не знаю, – занервничал Лёня Горовец, – мы в наших университетах таких выражений не изучали.

– Мы много чего не проходили в наших университетах, – философски заметил Эдуард, протягивая Мише несгоревший прутик с мангала с тем, чтобы он написал эту формулу.

– Да вы все её знаете, – засмеялся Михаил, выводя на земле известное выражение: Е=МС 2, где Ε-еврей, М-«мазл», С-«-цурес», мазл и цурес в переводе с идиша обозначают соответственно удачу и беду.

– Это совсем не смешно, – растерянно пробормотал Толя Пастернак, – ведь из-за всех этих «цуресов» евреи СССР вынуждены были менять свои фамилии, тем самым отказываясь от родословной своих отцов. И таких немало, особенно публичных людей.

– Да, что там говорить, – поддержал беседу Аркадий Друх, – у отца моего друга Виктора была типичная для анекдотов про евреев фамилия Абрамович. Во время войны, когда в паспортных отделах страны царил хаос и беспорядок, ему удалось поменять эту фамилию на Абаев, заодно в паспорте вместо «еврей» записали «осетин». В конструкторском бюро, где работал Виктор, все прекрасно знали, что он принадлежит к иудейскому племени, и поэтому время от времени спрашивали у него, как называется столица Южной Осетии. А он бедный никак не мог выучить её название – Цхинвал и всегда под раскаты всеобщего смеха краснел, тушевался и отвечал невпопад.

– По этому поводу, – вмешалась в разговор Дина Рудштейн, – я прочту вам стихотворение неизвестного мне автора:

Тем временем шашлычная отдушина на природе продолжалась, и кто-то предложил выпить за Святую Русь, откуда произрастали корни всех присутствующих.

– Ну, вот, что это ещё за здравица, – фыркнула Марина Абрамова, – не буду я пить за страну, где умным и талантливым людям для достойного бытия приходилось отказываться от фамилий своих предков. В совсем не лиричном мадригале, который прочитала Дина, упомянуты далеко не все псевдонимы, на самом деле, их, наверное, тысячи. Приведу только некоторые из них, которые у всех на слуху:

Илья Ильф – писатель – Иехиель Арьевич Файнзильберг,

Михаил Светлов – поэт – Михаил Аркадьевич Шейнкман,

Агния Барто – поэтесса – Гетель Лейбовна Волова,

Анатолий Рыбаков – писатель – Анатолий Наумович Аронов,

Маргарита Алигер – поэтесса – Маргарита Иосифовна Зейлигер,

Александр Володин – драматург – Александр Моисеевич Лифшиц,

Александр Галич – поэт, бард – Александр Аронович Гинзбург,

Давид Самойлов – поэт – Давид Самуилович Кауфман,

Анатолий Алексин – писатель – Анатолий Георгиевич Гоберман,

Леонид Зорин – драматург – Леонид Генрихович Зальцман,